Любовь против (не)любви

Об остальном не знаю.

И рассказывала далее о пропаже кольца и о гневе Грегори Телфорда. И о том, что именно он решил — быть Робу лордом Торнхилла. И честно призналась, что лично она этому факту очень рада.

Тем временем они дошли до церкви, и оказалось, что сбоку от церкви есть небольшой домик — видимо, в нём отец Томас и жил, когда бывал здесь.

— Что ж, помолимся о Сэмюэле и Саймоне, — вздохнул он. — И обо всех остальных, кто тогда погиб.

И он вправду молился, и Катерина вместе с ним повторяла слова, которые как-то успела выучить. Эх, не попасться бы на махровом атеизме! А то забвение забвением, но вдруг не поверит? Но он вроде бы расположен к семейству Кэт, и к ней самой тоже, так что — наверное, не враг.

Следующая пара дней показала, что — не враг. Отец Томас залез в каждую дырку — сурово поговорил с Робом, что следует больше внимания уделять людям и земле, вправил мозги Дороти, которая снова рыдала на кладбище, то есть — попытался, подумала Катерина, но — вдруг его слово дойдёт лучше? Поприсутствовал на уроке местной грамоты и очень хвалил Катерину после урока, и принёс книжек — расписной букварь и деяния великих королей.

Погреть бок было тоже актуально — самой Катерине. Вначале она мучилась угрызениями совести, что беззастенчиво его использует. Но — потом решила внутри себя, что раз ему нравится, то и ей нечего думать лишнее. Задула свечу и забралась к нему под тот бок.

А наутро прискакал гонец — сообщить, что заявились скотты.

27. Издержки военного положения

Гонец сообщил, что отряд, пришедший через границу, невелик. Десятка три. Он называл прямо имена и фамилии, или прозвища — мол, старые знакомые, все давно известны, но Катерине они не говорили ничего. Эх, придётся разбираться, раз ей теперь тут жить.

Роб уже надевал кожаную безрукавку, усиленную металлическими пластинами, и радостно улыбался — мол, наваляем всем, Кэт, даже и не сомневайся. Это мы тут дома, а они — пришлые.

Так-то оно так, но бывает же случайный выстрел или что там ещё?

— Не лезь на рожон, береги себя, — вздохнула она.

— Да ничего со мной не случится! — отмахнулся он.

Поцеловал её на прощание, обещал слать гонцов с донесениями — по возможности, и отбыл вместе почти со всем своим отрядом. Оставил пяток молодцов — защищать в случае чего, а командовать назначил Черного Пальца — тот уже неплохо ходил, но небыстро, и верхом ему было сложновато.

— Эх, в следующий раз я заберусь на коня, чего бы мне это ни стоило, — вздохнул парень.

— Выздоровеешь полностью — и заберёшься, — строго сказала Катерина.