Бывшие. Я до сих пор люблю тебя

Я никогда не была счастливее.

На тот момент Герман уже уехал в командировку, и сообщать о такой новости по телефону мне показалось кощунством.

Гинеколог после УЗИ заверила меня, что все в порядке. Дала ворох направлений на анализы, перекрестила меня и отправила отдыхать.

Эмилии и родителям я тоже не стала говорить — все-таки первым должен узнать отец, так мне показалось правильным.

И вот мы здесь.

— Я счастливчик, — Герман безостановочно целует меня и продолжает: — Отхватил самую прекрасную женщину на свете.

Смеюсь от его лести, но что уж говорить — она достигает своей цели.

— Погоди.

Титов отстраняется, поднимается, уходит куда-то, но быстро возвращается и опускается на ковер возле меня. Протягивает коробочку.

Увидев ее, я сажусь ровнее и поднимаю взгляд на Германа. Тот открывает ее и разворачивает ко мне.

— Невероятно, — не сдержавшись, я ахаю.

Внутри лежит кольцо. Оно нереальное. Бриллиант гигантский… Ободок из отполированного белого золота. Все безумно лаконично, ничего лишнего.

— Оно же стоит целое состояние… — бормочу, боясь прикоснуться.

— Какая разница, сколько оно стоит, — смеется Герман.

 — Этот алмаз добыли здесь, в этих местах. Обработали. Я выбрал его у ювелира и попросил сделать кольцо по моему эскизу.

— Второго такого нет? — усмехаюсь. — Боже, Титов, да ты, оказывается, понторез!

Герман смеется, качает головой.

— Ты выйдешь за меня?

— Снова брак по залету? — играю бровями.

— Снова брак по любви, — поправляет меня Герман, а я перестаю улыбаться, серьезнею.

— Как думаешь, если бы мы не развелись, мы бы смогли прожить все эти годы вместе? Сохранить чувства, не развестись?

Герман тоже становится серьезным и отвечает:

— Нам не дано этого знать, Тами.

Знаешь, как говорят? История не знает сослагательного наклонения. Так и я предпочитаю думать о том, что случившееся нужно было для того, чтобы мы разошлись, начали жить вдали друг от друга и поняли, что чувства никуда не делись, несмотря на расставание.

— Наверное, ты прав, Герман.

— Что ты ответишь мне, Тамила? — Гера смотрит на меня в ожидании.

Будто реально переживает, что я могу дать отрицательный ответ.

— Конечно, я согласна Герман, — улыбаюсь уголками губ. — Это не из-за ребенка, нет. Я люблю тебя, Титов, и хочу прожить оставшуюся жизнь рядом с тобой.

Герман кивает с серьезным выражением лица, достает кольцо и надевает мне его на палец, целует запястье, поднимается выше. Задирает рукав свитера.

Из-за находящегося рядом камина становится жарко, поэтому я берусь за края свитера и тяну его наверх. Герман помогает мне избавиться от одежды, затем стягивает с себя свитер. Отворачивается, чтобы бросить его на диван, и мой взгляд цепляется за татуировку.

Она изменилась, и я спешу положить на нее руку.