Черный Арагац

Правильно писать «Ардашевъ» через «е», — улыбаясь, выговорил студент.

— Простите, — смущённо молвил встречающий, вытирая с лица пот несвежим платком. — Я был в кантора, протелефонировал Виктор Тимофеевич, сказал вас надо на вокзал встречать. Нерецек, че лсеци… извините, я плохо услышал… Русский язык я не очень хорошо…Ошибка да… есть всегда.

— Меня зовут Клим. А вас?

— Бабук из Нахичевани. Сын купца второй гильдии Тиграна Гайрабетова. Гимназию окончил три года как. Отец в контору определил к свой друг — господин Верещагин. Говорит надо русский учить раз в Россия живёшь. Служу у Виктор Тимофеевича на «Аксае», приказчик. Потом скоро сам разбогатею, локомобили продавать буду… молотилки тоже и хороший навар получать… Ачели ер цанотанал… Э-э… Приятно познакомиться с тобой… кнерес… прости… с вами…А где твой… ваш чемодан?

— Саквояж был, но его украли в поезде.

— Вах-вах! Плохо дело. К жандарму надо. Пойдём, я знаю его.

Бабук, похожий на пивной бочонок, так быстро передвигал коротенькими ножками, что Клим едва за ним поспевал. Уже внутри здания вокзала он остановился перед высокой массивной дверью с табличкой: «Ростовское отделение Жандармского полицейского управления железных дорог».

— Один-два минута жди… ждите здесь, — вымолвил он и юркнул за дверь.

Действительно, толстяк вскоре вновь появился и завёл Ардашева в комнату. За столом сидел усатый жандармский ротмистр, важный, как закипающий самовар.

— Позвольте ваш паспорт, — попросил он.

Клим передал документ и подготовленное прошение.

— Вы, я вижу, сударь, в юриспруденции неплохо смыслите, — читая бумагу, проговорил офицер и, кивнув на стул, предложил: — Садитесь.

— Благодарю.

— Значит, дамочка была лет тридцати?

— Около того.

— Симпатичная?

— Очень, — смущённо вымолвил Клим.

— И братец её важный такой, с сыночком лет десяти, так?

— Абсолютно верно.

— Знаем эту компашку. Мойщики[8]. Но я вижу, ничего ценного у вас не пропало? Так, кое-что для бриться, одеколон… Да-с, огорчили вы их, в растрату ввели. Первым классом они ехали, потратились, а толку мало. А вам повезло. Травить вас не стали, а просто усыпили. Пожалели, видать… Но ведь неспроста они к вам привязались, да?

— Не знаю, — пожал плечами Ардашев. — Может, спутали с кем.

— Что-то здесь не так, — барабая пальцами по столу, задумчиво выговорил жандарм. — Эти жулики редко ошибаются.

— Ко мне, как я понимаю, больше нет вопросов? Я свободен?

— Да… Хорошо, что сообщили нам о происшествии. Мы обязаны известить полицию. Вы очень точно описали их внешние данные. Будем надеяться, что рано или поздно эти гаврики попадутся.

— Честь имею кланяться, — вставая, проговорил Клим и вышел.