Чудеса в кастрюльке

– Тараканова, – возмутился один раз химик, ко-гда я влетела на перемене в учительскую, – у тебя глаз нет постучать? Мы заняты!

Так что заявление про «четвертную контрольную» и «снижение отметки варианту» никого не удивило, скорей напугало. Мы знали: математичка будет рада наставить всем двоек, и надеялись, что Ольга сядет на место. Но Лапшина вылетела из класса. Естественно, в журнале появились «лебеди», и народ решил устроить Оле темную.

– Бейте сколько угодно, – со слезами на глазах воскликнула несчастная Лапшина, – я знаю, что виновата! Но терпеть не могу, оставалось только при всех описаться. Как накатит, еле до туалета добегаю!"

"Так что я очень хорошо понимала, отчего Маргарита Федоровна понеслась на крейсерской скорости в коридор! Минуты текли медленно. От скуки я оглядела кабинет и ничего интересного не увидела. Через полчаса начала нервничать. Ну сколько можно сидеть на унитазе? Хотя кто его знает!

Но когда большая стрелка часов, обежав полный круг, вновь остановилась на двенадцати, в душе начала копиться злоба. Похоже, Маргарита меня элементарно обманула. Не захотела разговаривать и ушла, придумав сказку про цистит. Хотя странно: кабинет она не заперла, и сумочка стоит в углу. Вдруг ей стало плохо?

Я вышла из кабинета и пошла по длинному широкому коридору, читая таблички на дверях: «Сестра-хозяйка», «Лаборатория», «Моечная»… Туалет оказался в самом углу, помещение выглядело убого: разбитый кафельный пол, стены выкрашены темно-зеленой масляной краской, в рукомойнике стоит вода и запах соответствующий. А главное, в клозете пусто. Впрочем, в коридоре, по дороге мне тоже не попался ни один человек. Подлая Маргарита Федоровна сбежала! Или она пользуется другим сортиром? Может, не хочет посещать заведение, предназначенное для больных?

Я поднялась на первый этаж и решила поискать туалет, но тут глаза наткнулись на группу людей в белых халатах, замершую у огромного окна. Толпа, состоявшая в основном из женщин, оживленно гудела.

– Ужас-то какой, господи, – повторяла пышнотелая блондинка со старомодной укладкой.

– Чего ее на улицу понесло, – причитала другая тетка, обутая в жуткие вельветовые тапки, – да еще без пальто!

– Небось за блинчиками полетела, – высказала предположение худенькая востроносая девица.

– Там подземный переход!

– Ой, да кто им пользуется, вечно поверху бегаем!

– Кошмар, в двух шагах от работы. И что, сразу насмерть?

– Со второго этажа примчался Геннадий Филиппович, – вздохнула блондинка, – он вроде у окна курил, на его глазах Ритку и сшибло, да ничего уже поделать нельзя.

Я подошла поближе и увидела машину милиции, «рафик» с красным крестом, стоящий боком грузовик и парней в форме, деловито расхаживающих по мостовой с рулеткой.