Десерт по имени Аля

Мне всерьез кажется, что может укусить. Очень хочется его отпихнуть или хотя бы отодвинуться, но я не делаю этого, терплю из последних сил, позволяю ему эту звериную ласку.

Когда он наконец поднимает голову, взгляд его делается каким-то чересчур пьяным, а голос хриплым:

— Ты боишься меня? Не трясись слишком сильно… Это меня очень возбуждает!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 98. Моя прелесть

Тогда же:

Антон Закревский"

"Эта самка — просто совершенство! Мне давно нужно было ее забрать. Сколько недель удовольствия я сам у себя украл…

Несу ее в дом. Она трепещет от страха, как ей и положено, а во мне буквально вибрирует удовольствие. Я даже сексом редко наслаждаюсь так же сильно, а тут простой тактильный контакт.

Когда спускаюсь в подвал, девчонка начинает нервничать слишком сильно.

— Куда ты меня несешь?

— В твой новый дом!

— В подвале?!

Явно слышу ужас в ее голосе.

— Тебе там понравится! — уверяю ее.

Не верит, они все поначалу не верят. Но не проходит и недели, как они начинают меня уверять, что это лучшее место на земле. Готовы на всё, что угодно, лишь бы я больше не брал в руки плетку.

Когда включаю внизу свет, она немного успокаивается. Всё же комнаты здесь вполне прилично отделаны и обставлены. Почти что квартира, только без окон.

Я несу мою сладкую добычу в ванну. Для первого раза она должна быть чистой.

— У тебя десять минут!

Аккуратно ставлю ее на пол.

Она устремляет на меня свои огромные карие глазищи и спрашивает:

— Зачем я тебе?

— Ты даже не представляешь, сколько у меня этих пунктов «зачем»!

Мне очень хочется остаться и наблюдать, как она будет раздеваться, стоять под душем. Но я понимаю, что должен дать ей эти минуты одиночества, чтобы все полученные знания утряслись в ее голове.

— Когда закончишь, наденешь это! — я киваю в сторону голубого шелкового халата. — И чтобы никакого белья!

Ее глаза еще сильнее круглеют, она несколько раз моргает, прежде чем наконец кивнуть.

— По поводу наказаний я не шутил!

Выхожу из ванной, сажусь в кресло напротив двери, жду.

Кажется, проходит целая вечность, прежде чем часы на стене отмеряют десять минут. Она не выходит, и тогда я резко захожу обратно. Застаю ее завязывающей халат. Она вскрикивает, старается отойти подальше. Ее кожа еще влажная после душа. И ткань халата немного намокает, липнет к ней, обрисовывая фигуру.

Я делаю шаг к ней, и с ее лица уходят все краски. От ужаса даже зрачки расширяются. Нормальная реакция, стандартная. Скоро она ко мне привыкнет. Не факт, что станет бояться меньше, но привыкнет.

— Покажись! — требую.

Ванная комната у меня в подвале довольно просторная — двенадцать квадратных метров.