Десерт по имени Аля

Не здесь…

— Давай поговорим в более приватной обстановке, — хриплю я.

Он кивает, и мы выходим из кафе, так ничего и не заказав. Не сговариваясь, направляемся к моему дому. Идем молча.

Заходя, я как бы между прочим предлагаю ему кофе.

Он кивает, я оставляю его в гостиной, сам же иду на кухню. Включаю кофеварку, и пока она шипит, выплевывая ароматную жидкость в кружки, лезу в тайник. Достаю свой любимый Глок. Черный пистолет плавно ложится в руку. С тех пор, как Али в моей жизни не стало, в доме значительно прибавилось оружия. Начищенного, заряженного, готового к бою. Тайников тоже прибавилось. Я сую оружие за спину под свитер, ставлю кружки на поднос и как ни в чем не бывало возвращаюсь в гостиную.

Помещаю поднос на кофейный столик возле дивана, где сидит гость. Он тянется за чашкой, в этот самый момент достаю пистолет. Сухо клацает предохранитель, и Громов поднимает взгляд.

— Стрелять будешь или так, помахать захватил? — усмехается он.

В глазах Громова нет страха, лишь напряженное любопытство. И мне это очень не нравится.

— Понадобится — выстрелю, не сомневайся! Так что без глупостей! Зачем ты явился? Что знаешь о моей жене? Сначала и подробно! Ты правда детектив?

Он кивает, достает удостоверение, показывает, потом оглядывает меня цепким взглядом.

— Я знаю, что ты купил свою жену у ее приемного отца, Авзурага Габарашвили. Дорого купил! И я знаю, что ни ты, ни он отчего-то не считаете это преступлением!

Я беру стул, переворачиваю его спинкой вперед, кладу на него руки, чтобы было удобнее целиться, и отвечаю:

— Почему я должен считать это преступлением? Девочку забрали из детдома, обули, одели, накормили, какое-никакое образование дали, а потом пристроили в хорошие руки…

— Ах вот оно как… — усмехается Громов, ставит чашку на стол. — Ты правда в это веришь?

Мне эта демагогия не интересна. Резко перевожу тему:

— Откуда тебе обо всем известно?

— Я работаю на одного из зятьев Авзурага, Игната Волкова…

— Что за бред? Зачем бы ему тебя нанимать?

— Он только оплачивает мои расходы, а балом правит его жена, одна из приемных дочек Габарашвили. Она и заказала расследование, в результате которого твой тесть теперь трудится разнорабочим на свиноферме в Молдове, а всё его имущество переписано на приемных дочерей. Теперь я разыскиваю тех, кого успели выдать замуж и помогаю…

— Авзураг никогда не переписал бы свое имущество! — перебиваю я его. — Это жадная тварь!

— О да… Но на что ни согласишься ради спасения шкуры. Ведь, как ни крути, торговля людьми в нашей стране запрещена. Его брат, Улдан, кстати, теперь под следствием…

— Из-за девчонок? — хмурю я лоб.

— В его подвале в морозильной камере нашли бывшего начальника. Труп был замотан в полиэтиленовые пакеты и спокойно соседствовал со съестными припасами.