Девичник. Объект желаний

 — Мама поднялась, старательно завязала невероятным узлом пояс на плаще. — Мне не нужно ничего такой ценой.

— Какой, мам? — Я подошла и взяла ее холодные руки в свои, растерла, крепко сжала. — Все в порядке. Я начинаю взрослую жизнь. Мне должно было самой прийти это в голову, без подсказок. Я буду приходить так часто, что ты ничего не заметишь. Как будто мы продолжаем жить вместе. И вообще мне тоже пора подумать о мужчинах.

— Скользкая тема.

— Пора, я знаю.

— Мне не по себе. — Мама закусила губу. — Мне трудно представить, что я вернусь в пустую квартиру. Поедем домой, а?

— Нет.

Письмо отца — это как подсказка свыше. Давай попробуем. Я ведь так люблю тебя, мам. Люблю и верю, что ты скоро получишь все, о чем мечтала, настоящее счастье со своим мужчиной."

"Я вдруг увидела, как задрожали мамины губы. Она неловко поднесла к ним ладонь, закрыла глаза и покачала головой. Мы обнялись, совершенно непроизвольно, одновременно потянувшись друг к другу. Я не могла видеть маминых слез, а потому продолжала ругать и обвинять себя. Я ведь уже целый год могла жить в этой квартире, предоставив маме возможность спокойно устраивать свою личную жизнь.

Совершенно очевидно, что теперь, когда я стала взрослой, она не имела возможности приводить своих мужчин затемно и провожать с рассветом. А она такая красавица. Пусть опровергнет собственным примером теорию о том, что красота так редко приносит счастье. Да и мне тоже пора подумать о том, что в девятнадцать быть девственницей не совсем нормально. Противоестественно столь равнодушно относиться к мужчинам, их вниманию. И, следуя плавному течению своих мыслей, я решаюсь спросить:

— Мама, а ты переживаешь из-за того, что я одна? Ну, что я с мальчиками серьезно не встречаюсь…

— Меня это удивляет, не скрою, — тактично ответила мама.

Она отстранилась от меня и внимательно посмотрела в глаза.

— У меня традиционная ориентация, — я принялась успокаивать ее. — И с либидо у меня порядок, просто не вижу того, с кем захотелось бы… Ну, ты понимаешь?

— Понимаю, милая моя.

Мама подняла воротник плаща, положила в карман пачку сигарет, зажигалку. Она собралась уходить. Мне стало грустно и немного страшновато. Мне предстояло провести первую ночь одной, в собственной квартире, где я еще не успела почувствовать себя хозяйкой.

Я чуть было не попросила маму остаться со мной на эту единственную ночь. Я уже представила, как я разложу диван, достану вторую подушку из ящика для белья… Но я сдержалась. Если бы я попросила об этом, мама сразу бы догадалась, что я трушу. А мне хотелось выглядеть сильной и независимой в ее глазах. Так и для нее будет спокойнее.

— Вот что я скажу тебе, девочка, — мама выглядела усталой, но глаза ее посветлели. В них больше не было паники, животного страха.