Девочка Беркута

И каждую секунду ощущаю себя легкой добычей. Беззащитной. Слабой. Потерявшейся маленькой девочкой. Но самое страшное не это. Меня даже искать некому, произойди несчастный случай. В ближайшее время даже с работы не позвонят. Потому что я взяла отпуск на две недели. Сил больше не было после трагедии приходить в офис, воодушевленно общаться коллегам и подсчитывать, кто сколько заработал.

Мне кажется, что моя жизнь пуста. В ней нет ничего ценного. Ничего такого, ради чего хочется каждый день просыпаться и счастливо улыбаться своему отражению. Вообще ничего. Незачем идти вперед, превозмогая душевную боль и неподъемное, нескончаемое чувство утраты, да и, чего уж греха таить, жалости к себе.

Папа ушел из семьи, когда я была совсем маленькой. Мамы не стало три месяца назад. А черная печаль обжигающей лавой продолжает периодически укрывать меня с головой.

Парня у меня нет. Родственников тоже, кроме пожилой тетки, которая живет в столице. Искать заботу, тепло и поддержку не у кого.

После гибели мамы я раскисла. Не понимала к чему иду и зачем, что делать. К чему стремиться, чего добиваться. Ничего не хотелось. В моей жизни больше нет самого близкого человечка.

Той, которая всегда бы обняла и, несмотря ни на что, смогла бы поддержать. Это ужасное чувство топит меня почти каждый день. Я до сих пор не смирилась с тем, что ее больше нет. Очень больно – терять близких. А вновь учиться «ходить» и жить без них – еще больнее. Потому что горькая утрата нанесла тяжелый удар слишком неожиданно.

Делаю глубокий вдох. Стираю слезу, ощущая влагу на пальцах. И почему-то соленый вкус во рту. Только сейчас до меня доходит осознание, что я безостановочно реву уже не первую минуту, и даже плечи дрожат.

А горло схватывают спазмы. Дышать тяжело....

И вдруг раздается негромкий стук по стеклу.

Глава 11

От неожиданности я резко дергаюсь и со страхом впиваюсь взглядом в красивое, мужественное, волевое лицо с темной бородой.

Беркут очень странно смотрит. Как будто ему меня жаль. Сочувствует словно.

Отворачиваюсь. Много ли он может чувствовать? Уверена, его сердце давно уже огрубело, превратившись в самый настоящий камень.

Настойчивый стук раздается вновь. Я смотрю на мужчину сверху вниз и не понимаю, чего он хочет.

И тут слышу едва разборчивое, приглушенное:

– Открой.

Понятия не имею, отчего все же слушаюсь его. Тянусь к ручке и поворачиваю ее, чуть приоткрываю форточку.

– Выходи во двор.

Это не приказ. Вежливое предложение. Спокойное. И, наверное, без всякого подтекста.

Глаза болят от пролитых слез, чувствую, что и губы слегка опухли. И нос, наверное, красный…

– Не хочу, – произношу тихий ответ. Не уверена, расслышал Беркут или нет. Поэтому для пущей убедительности отрицательно машу головой.

– Дейв по тебе соскучился.