Дотянуться до звёзд

Я устроился сзади, вставил в уши наушники и включил музыку, чтобы не слышать, о чем будет щебетать сладкая парочка. Мне было невыносимо видеть их соединенные руки, покоящиеся на автомобильной консоли.

Коннор весь издергался. Отем изо всех сил пыталась его успокоить, но я гадал, не жалеет ли она о том, что отправилась с нами, вместо того чтобы провести День благодарения вместе с собственным отцом.

Наконец мы подъехали к резиденции Дрейков, роскошному особняку, расположившемуся на Дартмут-стрит. Коннор заглушил мотор и, прищурившись, поглядел на дом.

– Чувствую себя так, словно вот-вот предстану перед судом, – пожаловался он. – Вещественное доказательство номер один, – добавил он, кивая на серебристый «Ягуар», припаркованный перед домом. – Джефферсон уже здесь.

Отем потрепала его по плечу, погладила по голове.

– Мне жаль, что ты так переживаешь.

Коннор вымученно улыбнулся.

– Не-а, мне нужно хорошенько испугаться. Моим родителям это понравится.

Отем ничего не сказала, но я почти прочитал ее мысли, видя, как она поджала губы.

«Коннор печется о себе и совершенно не думает о том, понравится ли Отем его родителям»."

"Коннор набрал нужную комбинацию цифр на панели, чтобы открыть кодовый замок, и распахнул дверь.

– Оставь надежду, всяк сюда входящий, – произнес он.

Дом гудел от разговоров и смеха. В воздухе витали ароматы свежеиспеченного хлеба, жареного мяса, тушенных в соусе овощей.

– Ух ты, как красиво, – проговорила Отем. Она завертела головой, и оборка на вороте ее простого синего платья шевельнулась, погладив белую шею. Девушка запрокинула голову, посмотрела на хрустальную люстру, висящую высоко под потолком, и из ее пучка высвободилась прядь волос, упав на чистый лоб. Отем поправила висевшую на плече сумочку. – Вот теперь уже я нервничаю.

Из гостиной появилась мать Коннора и приветствовала нас словами:

– Здравствуйте, мои дорогие.

Сенатор Виктория Дрейк очень эффектно выглядела в бледно-бежевом брючном костюме, на шее у нее поблескивала нитка жемчуга. Волосы она распустила, хотя на службу неизменно ходила со строгим пучком. Она излучала рафинированную элегантность и материнское тепло, однако ее глаза смотрели цепко. Эта женщина писала законы штата Массачусетс, а также диктовала правила семейства Дрейк.

– Привет, мама, – пробормотал Коннор.

Виктория обняла сына, сжала его лицо в ладонях и несколько секунд рассматривала, потом повернулась ко мне.

– Счастлива наконец-то увидеть тебя, Уэстон, – сказала она. – Выглядишь как никогда красивым.

– Спасибо, миссис Дрейк. – Я чмокнул ее в щеку, и меня окатило легкое облачко ее духов и аромат косметики.

– А ты, наверное, Отем. – Виктория протянула девушке руку, и они обменялись рукопожатием. – Как я рада с тобой познакомиться.