Сердце дракона. Том 14

Тот усмехнулся себе в усы, после чего пригладил их и просвистел:

– А девочка с языком, не так ли?

Хаджар мгновенно подшагнул к караванщику. Ни взгляд смертного, ни, даже, истинного адепта, не уследил бы за его движениями. Вот он только что стоял в нескольких метрах около Тенед, а теперь оказался вплотную к Абрахаму.

И не было ни примятой травы, ни шороха листьев с крон лесных деревьев, которые пересекала тропинка, бывшая им путеводной нитью.

Ни даже ветра, созданного движениями, что мог бы стать свидетелем рывка мечника.

Нет.

Ничего из этого.

Хаджар словно переместился из одного места в другое и лишь небольшие всполохи белых искр на его простых одеждах намекали на использование техники.

Сверкнул Алый Клинок на половину выдвинулся из ножен, и острейшая кромка лезвия оказалась в непосредственной близости от горла Абрахама.

– Такие слова могут закончиться очень неприятно для тебя, вор, – процедил Хаджар.

Когда-то давно, может даже в прошлой жизни, он был генералом. И, больше всего на свете, кажется, если память не подводила, он презирал дезертиров.

Тех, кто струсил. Кто сбежал с поля брани. Предал своих товарищей. Предал свою родину. Своих отца и мать. Только чтобы спасти собственную шкуру.

Но были и те, кого он презирал еще больше. Дезертиров, ставших мародерами, а затем и разбойниками. И не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы увидеть жизненный путь Абрахама сквозь призму его маленьких привычек.

Привычки…

Даже став Бессмертным, тот кто был когда-то смертным, не избавиться от них.

Они въедаются куда глубже, чем может вытравить идущий по пути развития. У него на это попросту не хватает времени.

– Успокойся, солдатик, – поднял раскрытые ладони Абрахам. Что же… не один Хаджар за прожитые десятилетия, проведенные в странствиях и сражениях за жизнь, научился видеть людей. – Ты сейчас не в том положении, чтобы размахивать своей шашкой.

Абрахам присвистнул и поставил ладонь ребром. Хаджар тут же почувствовал, как в его спину уставилась чужая стрела.

Причем это не было чувство, которое может испытывать смертный, называя при этом данное – интуицией или чутьем."

"Нет, Хаджар всем своим «я» ощущал вражескую энергию, застывшую на маленьком боевом наконечники, выплавленном из волшебных пород металла.

Точно так же, как он ощущал вражеское истинное королевство лука и стрелы.

Проклятые лучники…

Они были сильны еще и потому, что, как и обоерукие мечники, владели сразу двумя оружиями.