Сердце дракона. Том 14

Тум-там-ту-тум, стучали спицы и длинный шарф спускался все ниже и ниже на деревянный настил."

"– Из десяти людей, которых ты встретишь, десять будут иметь в предках кого-то, кто не имеет отношения к людской крови, – древняя фейри не обратила внимания на благодарность. – но лишь один на несколько миллионов может пробудить память крови. Ты смог это сделать лишь потому, что в тебе теперь бьется сердце дракона. Лишь поэтому на твоей груди герб Белого Дракона. Но ты не помнишь своего родства ни с фейри, ни с его надзирателями, ни с племенем богини Дану. Эта кровь мертва в тебе.

И те искры, что еще тлеют, позволяют тебе понимать наш язык, ведь я сейчас говорю с тобой на Фае.

Хаджар, неожиданно, осознал, что они действительно разговаривают на языке страны духов. Хотя, как там говорилось, каждый фейри – дух, но не каждый дух – фейри.

– Кровь Черного Генерала, уникального создания, в тебе проснулся лишь благодаря частице его души. И тот меч, который ты можешь призывать в реальность – тому свидетельство. И, кто знает, может утка, ставшая богом, тоже твоей предок, но ты не крякаешь и не летаешь.

Хаджар не сразу понял, что последняя ремарка была шуткой.

Но, тем не менее, он не мог отрицать правоты Данубет. Когда десять тысяч лет в этом мире срок, достаточно смешной, чтобы не считать его исторической вехой, то действительно – в крови каждого могло намешаться такого букета, что ни один «флорист» не разберется.

Вот только…

Хаджар слишком хорошо знал запах интриг.

И эта вонь пропитала все, что произнесла Данубет. Она говорила правду – фейри иначе не могли. Но это не означало, что эта правда не имела второго, третьего, да хоть десятого дна.

Но, что напрягало еще больше – это дно было создано вовсе не древней праматерью Хаджара.

Впрочем, имелись вопросы и куда более насущные.

– Сколько я проспал?

– Три дня, – ответила фейри.

Хаджар выругался.

– Значит прошло шесть, – произнес он. – посольство уже…

– Прошло три, Хаджар, – перебила Данубет. – Дурман травы Кошачьей Лапы погрузил тебя в крепкий сон, но произошло это час назад.

Хаджар посмотрел на ящик, стоявший около изголовья. На деревянном подносе виднелись все те же глиняные баночки.

– Значит еще не опоздал, – выдохнул, с облегчением, Хаджар.

– Это смотря с какой стороны посмотреть, – протянула Данубет.

– Что ты имеешь в виду? – напрягся Хаджар.

– Ты спал три дня. И все это время последователи Врага рыскали здесь в поисках храма. И, увы, они его нашли.

– Увы? Почему увы? – фейри отличались дурацкой привычкой не говорить всего сразу.

Тум-там-ту-тум, стучали спицы Данубет.

– Если они найдут то, что в нем спрятано, то падет Гора Черепов и придет время горшечника. И тогда мы все исчезнем – Враг уничтожит Безымянный Мир.