Два капитана

– Браво! – опять тихонько проговорил Иван. – Элегантно.

– Да, – согласился Конан, – неожиданно. Но пока все в рамках диспозиции. О! Грековский «Бентли» едет.

«Бентли» Грека, выехав на велодорожку, подвез своих пассажиров прямо к входу в кафе. Из машины вышел сам Гречихин, одетый в светлую пиджачную пару и рубашку-поло. С другой стороны машины вышел упитанный, среднего роста мужчина лет пятидесяти – пятидесяти пяти, с основательными залысинами на круглой, коротко стриженной русоволосой голове. Одет он был в светлые брюки и темную не по погоде рубашку навыпуск, с длинными, но закатанными по локоть рукавами.

Сопровождал начальство сухощавый, с коротким ежиком русых волос мужчина лет около сорока, в солнцезащитных очках «а-ля Терминатор», в светлых брюках и светлой же рубахе навыпуск, под которой с левой стороны на животе проступала кобура с пистолетом. Был он тоже среднего роста, только движения у него были не вальяжные, как у первых двух, а собранные, лаконичные.

Высадив пассажиров, машина глухо рыкнула и укатилась на стоянку.

– Алексей Семеныч, Алексей Семеныч! Уважаемый, можно сказать, авторитетный житель нашего города! А как какой-то хулиган – по велодорожке! Ай-яй-яй! – произнес Дикий, поднимаясь навстречу гостям и протягивая Греку руку.

– Ну, знаешь ли, сами виноваты! – парировал Грек. – Предлагал же нормальное место, так нет! А по пеклу шляться я не подписывался. Ну да ладно, знакомьтесь: Иван, Семен Маркович."

"Вновь представленные протянули друг другу руки, но тут, как-то просочившись мимо Семена Марковича, между ними оказался сухощавый и со словами «секунду, шеф» протянул руки, чтобы досмотреть Ивана.

Однако обалдевший от такой наглости Дикий тем не менее на рефлексах подался слегка вправо, пропуская мимо себя вытянутые руки телохранителя, и правой же рукой прихватил левую руку торопыги, ущемив ему лучевой нерв. Зашипев от боли в отключившейся руке, сухощавый потянулся было под рубашку к стволу, но собровец зафиксировал за запястье и вторую руку, не забыв при этом бросить взгляд на одновременно вскочивших грековских парней у барной стойки.

– Алексей Семеныч! – удивленно воскликнул Иван. – Это что за импровизации такие?! Мы так не договаривались!

– Круглый, это что? – тоже удивленно воскликнул Грек, обращаясь к Семену, и махнул своим, чтобы не вмешивались.

– Женя! Ша! – буркнул Круглый, и телохранитель перестал вырываться из рук Дикого.

– Сеня, я же просил! – морщась, с недовольством воскликнул Гречихин. – Вы ж не на своем привозе! Здесь кругом солидные люди.

– Бывает, погорячился парнишка. Спасибо, Женя, отдохни.

Иван выпустил руки телохранителя, оставаясь при этом настороже.