Два капитана

– А мне фиолетово, – ответил тот, собирая «Глок», – мне на национальности класть с прибором. Жид в моем понимании – это тот, кто думает, что он на свете всех хитрее, а остальные так, погулять вышли. Так что делать-то будем?

– Пиво пить.

– Это понятно. И все?

– Вань, ну что ты заладил: что делать, что делать? Посидим, умного человека послушаем, подумаем. Давай-ка вот что: я местную Сеть поковыряю, а ты порасспроси о нем Грету и Старикова. А часиков в десять вечера состыкуемся, обобщим, так сказать, нарытое непосильным трудом."

"– Добро! Я помчался!

Едва заслышав имя своей девушки, Иван подхватился и рванул на выход.

– Ты это, Вань! – крикнул вслед убегающему другу Конан. – Сначала на Андрюху выйди! А то после Греты у тебя времени на него не останется. – И растянул губы в понимающей улыбке.

– Да пошел ты! Без зеленых как-нибудь разберусь, – буркнул Иван, смущенный тем, как легко друг просчитал его намерения.

В паб Иосиф Маркович пришел чуть раньше назначенного времени, потому как ему надо было настроиться. В последнее время он стал замечать: чтобы задуманное им сложилось хорошо, ему мало просто подготовиться, ему надо настроиться! Вот тогда все проходило легко и гладко, на кураже, и дело обычно складывалось практически идеально.

Глянув на смазливую девицу, что веселилась за соседним столиком в компании подвыпивших то ли швейцарцев, то ли бельгийцев, он поймал себя на печальной мысли, что и в постели ему теперь нужно сначала настроиться.

Мотнув головою, словно отгоняя грустные мысли, он подозвал официанта и заказал, как обычно, кружку баварского и соленых орешков. Орешки были местные, с каким-то своеобразным вкусом.

Спустя пару минут он отхлебнул первый, самый вкусный глоток и приступил к медитации, настраиваясь на важную беседу. Уж слишком многое от нее зависело.

Однако не успел он выпить и половины кружки, как в заведении появились его визави, своим видом приведя опытного юриста в замешательство. Нет, конечно, Иосиф Маркович не считал, что в паб надо ходить во фраке, в конце концов, он и сам пришел в легких хлопчатых штанах и такой же рубашке навыпуск – чтобы слегка завуалировать небольшой, как он считал, животик.

Но чтобы одеваться так! Люди, на которых Бронштейн возлагал такие надежды, выглядели настолько легкомысленно, что у него внутри все похолодело, а в голове начали зреть сомнения. Ну посудите сами, разве могут серьезные люди одеваться в такие яркие, брызжущие красками шорты а-ля бермуды и рубашки-гавайки расцветки «вырви глаз»?!

– Добрый вечер, Иосиф Маркович, – сказал тот, что побольше, усаживаясь справа от адвоката.

Вроде бы этого человека Сергеем зовут.