Двое

Чтобы народ не скучал, был нанят даже профессиональный ведущий, мастерски задающий темп веселью. Одним словом, было очень здорово.

Меня снова поздравляли, дружелюбно расспрашивали о чем-то, рассказывали какие-то байки. Я чувствовала себя вполне комфортно на этом празднике жизни, позволила себе расслабиться, ни о чем не думать и просто наслаждаться происходящим.

В самый разгар веселья, когда народ уже поделился на кучки, периодически хаотично перемещаясь от одной части стола к другой, ко мне подошел Егор.

– Идем со мной, – загадочно предложил он, укладывая ладонь на мою поясницу, отчего по телу тут же пронесся легкий трепет.

– Куда?

– Хочу отдать тебе свой подарок.

Заинтригованная до кончиков волос, я даже не подумала возразить ему.

Он привел меня в дом, где было очень тихо и прохладно по сравнению с улицей. Вечер выдался душным, даже не смотря на то, что дом Орловых находился довольно высоко.

Теперь, когда мы остались наедине, Егор взял меня за руку и повел в сторону лестницы. Я все еще находилась в какой-то растерянности перемешанной с волнительным ожиданием, я послушно шагала вслед за ним.

– Куда ты ведешь меня? – спросила с неловкой улыбкой.

– Туда, где нам не помешают.

– Егор, – изумленно посмотрела я на него. – Может, ты забыл, но кажется я ясно дала понять в нашу последнюю встречу, что между нами все кончено?

– Нет, не забыл, – невозмутимо отозвался он, пристально посмотрев мне в глаза. – Я хотел извиниться перед тобой за тот разговор. Я был не прав.

Сердце предательски защемило. Наверное, за сегодняшний день я пережила уже слишком много эмоций, потому что готова была взять и расплакаться от его этих простых слов.

Не дождавшись от меня реакции, Егор снова взял меня за руку и потянул за собой.

– Идем, – мягко попросил он. – Я просто хочу поговорить вдали от посторонних ушей и вручить тебе свой подарок.

– Ладно, – согласилась я.

В его спальне царил полумрак. Только свет луны и уличных фонарей мягко струился в комнату сквозь полупрозрачные занавески на окнах. С улицы приглушенно доносились голоса и звуки музыки.

Егор усадил меня на огромную двуспальную кровать, достал из прикроватной тумбочки узкий продолговатый футляр, перехваченный золотистой праздничной лентой, и протянул его мне.

– Это тебе, – негромко произнёс он, разглядывая мое лицо. – Я ещё не очень хорошо изучил твой вкус, но, надеюсь, понравится.

Я бережно приняла футляр из его рук, чувствуя, как гулко застучало сердце в груди.