Это снова ты

– Хм, – коротко выдает Фомушкина, потеряв резкость взгляда, – и правда. Но разница все же есть…

– Какая?

– Я еще могу это остановить, а они… нет.

Женя допивает кофе и швыряет стакан в рядом стоящую урну. Максим делает то же самое и смотрит на девушку, которая только что не просто взорвала ему мозг, а поджарила его до хрустящей корочки и раскрошила в труху. Мыслей нет, а желание лишь одно – страшное, выкручивающее руки, точно проявляющаяся печать проклятия, наложенного сестрой Максима несколько лет назад: «Надеюсь, и ты когда-то влюбишься так сильно, что не сможешь есть и спать.

И надеюсь, это будет самая отвязная стерва, которую только можно придумать». Похоже, это она. Своенравная, резкая, честная до рези в кишках, когда сама этого хочет. Поломанная и собранная заново собственноручно, только детали перепутались, сложившись в нечто уродливое и удивительное одновременно. Максим не хочет уходить, не хочет, чтобы уходила Женя. Его трясет от прилива чувств, колотит от необходимости получить ее, забраться в голову и посмотреть, как там все устроено.

– Здорово пообщались, да? – спокойно спрашивает Женя и глубоко вдыхает, подняв лицо к черному небу.

– Угу, – мрачно отзывается Максим.

– Хочется выпить. Я видела у тебя дома виски в шкафчике на кухне. Хороший?

– Попробуешь и скажешь.

И снова небольшую квартиру Максима наполняет страсть. Жаркая, как горящие угли, и такая же опасная. Максим не может сопротивляться ни себе, ни тем более ей – ненормальной, но восхитительной жажде, что с каждой секундой рождает новые желания. Быть здесь, рядом с этой девушкой, от которой не знаешь чего ожидать.

Не отпускать ее, узнать, понять. Она, кажется, прекрасно его понимает, чувствует, уже знает. В каждом ее касании, в каждом вздохе и взгляде чудится: я твоя. И это делает Максима таким счастливым, что трудно поверить. Он и не может.

Тяжелые головы касаются подушек. Сбитое дыхание шорохом оседает на пол. Женя поднимается первой и уходит в ванную, а Максим безотрывно смотрит ей вслед, пока не закрывается дверь. Ритм сердца не утихает, небывалое количество предположений и планов вертится в голове. Что будет дальше? Как они выстроят общение? К чему это приведет? Какие еще разговоры их ждут? Сколько раскроется тайн, всплывет секретов? Сколько ран они оставят друг на друге и какую часть из них смогут излечить поцелуями? Беззвучный смешок стекает по горлу, проходит между легких и растворяется дрожью в животе.

Это предвкушение и готовность ко всему. Еще не любовь, но уже влюбленность.

Шлепки босых ног привлекают внимание Максима. Женя возвращается в комнату и принимается одеваться.

– Это необязательно, – говорит он.