Это снова ты

Мы с Настей называем приглянувшиеся блюда и напитки, что рекомендовала администратор, а вот брат расходится не на шутку.

– Мне, пожалуйста, две карбонары, два теплых салата с баклажанами, две порции куриных крыльев, сырные палочки – давайте тоже две порции. И литр классического лимонада.

– А ты не лопнешь, деточка? – насмешливо спрашиваю я. – Когда ты стал есть за двоих?

– Половина для Димы. Он же только что с работы, наверняка голодный.

– Мой заботливый мальчик, – Настя гладит его по голове. – Теперь понятно, почему ни у кого из девчонок нет с Димкой шанса. Кто сможет любить его так же сильно, как ты?

Саша дурашливо обмахивается ладонями, будто дива после фееричного выступления, а мы с Настей дружно смеемся.

На улице зажигаются фонари, на столе появляются напитки и закуски. Беседа тянется размеренно, и главная тема, конечно же, свадьба. Для обеих наших семей это большое и важное событие. Поначалу было немало споров о том, где лучше праздновать. Рассматривали и Краснодар, и Воронеж, где живут родители Насти, но молодые настояли на Новочеркасске. Слишком много для них обоих значит родной город.

Теперь нас ждут два дня веселья в лучших российских традициях: первый – торжественный, с церемонией, фотосессией в Александровском парке и вечерним банкетом для друзей и родственников под бойкие призывы тамады; а второй – для более узкого круга близких на берегу Дона, с шашлыком, раками и пивом. Гостей, кстати, набралось прилично, но ни Моревых, ни Мореевых это не смутило. Оба отца собрались с духом, взяли по кредиту и сказали свое твердое: «Если и делать свадьбу, то такую, чтобы на всю жизнь запомнилась!» Иногда мне даже кажется, что эта свадьба нужна больше старшему поколению, чем младшему, но, как говорит папа: «Кто не платит, тот рта не раскрывает».

Наконец-то с улицы доносится знакомый рев мотора. Подбородок дергается сам собой, я смотрю через стекло на темную улицу. Мотоцикл останавливается у ресторана, яркий свет фары гаснет. Зимин слезает с байка и снимает шлем. Белая рубашка натянута на широких плечах, темные брюки низко сидят на узких бедрах. Ощущения в теле меняются за секунду. Кажется, я даже чувствую, как заново собираются нейронные цепи, отвечающие за нечто важное, но забытое.

Мне хочется вскочить, вылететь из ресторана и с разбега броситься на шею Диме. Картинка такая яркая, что рябит в глазах, а эмоции цепкие, сильные и неуемные.

Отворачиваюсь от окна и встречаюсь взглядом с Настей. Она загадочно улыбается, но, на мое счастье, ничего не говорит.

– Наконец-то! – гремит Саша и поднимается, протягивая руку над столом.

– Сорян! – весело бросает Дима, отвечая на рукопожатие, и наклоняется к Насте, чтобы поцеловать ее в щеку. – Привет, Настюш.

– Привет, Дим.