Это снова ты

Слезы больше не текут, и первая, и вторая сигареты абсолютно безвкусные. В голове стоит звон, будто десятки сигнализаций звучат в бесконечной пустоте. Телефон, что я сжимаю в ладони, опять вибрирует. На экране фото брата. Я даже не удивлена.

– Да? – отвечаю на звонок.

– Привет! Мне сейчас мама звонила. Что там у тебя?..

– Помнишь, как я прикрывала тебя, пока ты… ммм… в себе разбирался?

– Да, – тихо произносит он, – помню.

– Верни долг.

– Ксю…

– Я не хочу сейчас разговаривать. Насте скажи, пусть не звонит, и сам не наяривай. Успокой родителей.

– Что ты…

– Ничего! Я не собираюсь ничего делать.

 – Меня трясет так, будто огромный оголенный провод воткнут прямо в кожу. – Я просто хочу побыть одна. Можно?

– Ты меня пугаешь.

– Ну извини, – хлестко произношу я.

– Ладно, я понял, – торопливо отвечает Саша. – Ты позвонишь, если что-то понадобится?

– Да.

– Хорошо. Я тебя люблю. Мы все любим. – Он говорит мне ровно то, что и я когда-то повторяла ему каждый день как заклинание – или скорее проклятие.

– Да, и я вас, – отвечаю безразлично и завершаю звонок.

Из любви. Все из любви. Как много значат для нас те, кого мы любим.

И как сильно они влияют на наши решения, поступки и самочувствие. Для любимых хочется только лучшего. Только счастья и ясных дней, но жизнь не может быть ровной постоянно. Неудачи случаются, ошибки совершаются. Эмоции нам даны, чтобы познавать мир и самих себя, чтобы реагировать на происходящее, защищаться и выживать; чтобы искать, стремиться к чему-то, просто быть. Почему все хотят лишить меня этого? Потому что любят, да? Лучше бы ненавидели.

Зубы стучат, как от озноба. Нос заложен, да и дышать все равно нечем. На парковку заезжает черная машина, и секунду, всего мгновение мне кажется, что это Дэн.

Сердце подпрыгивает к горлу, мышцы ног напрягаются, приготовившись к рывку, но я вглядываюсь в номер и осознаю, что он никак не может быть здесь. Облегчение не длится долго, вина и страх сдавливают череп с обеих сторон. Он же за рулем был. Что я наделала? Если с ним?.. А мама? Она же сейчас…

– Ксю!

Оглядываюсь, в горле скопились хриплые рыдания. Женька трет глаза и идет ко мне мимо яркого рекламного баннера.

– Я проснулась, а тебя нет. Такой стремный фильм, да? Ничего не… Что случилось? – Она резко меняется в лице.

– Я облажалась.

Женька берет меня за руку, ведет назад в кинотеатр и втягивает в один из залов, где на экране мелькают сероватые кадры старого фильма. Людей здесь еще меньше, всего три первых ряда заняты школьниками.

– Что ты делаешь? – шепчу я.

– Не волнуйся. Лешка не будет против, – тихо отвечает Фомушкина, говоря о пареньке, что проверяет билеты. Она успела очаровать его сегодня утром, сделав комплимент прическе, которой нет. – Здесь прохладно, темно и нам никто не помешает.