Фактор страха

Сотрудники агентства подозревали, что Шпицын и стоявшие за ним люди знали о гибели Артемьева несколько больше, чем следователи, но предпочитали об этом молчать, опасаясь за собственную жизнь. Тем более что в агентстве Артемьева не любили.

Шпицын сидел у себя в кабинете, когда зазвонил телефон. Он схватил трубку, надеясь услышать, что Фанилина наконец нашли. Но звонок оказался неожиданным.

— Здравствуй, Толик, как дела?

— Добрый день, — растерянно ответил Шпицын.

— Узнал меня?

— Конечно, узнал, — пробормотал Шпицын, — я вас сразу узнал.

У братвы было принято обращаться друг к другу на «ты». Но звонил сам Алик Галкин, Шахматист, друг одного из крупнейших подмосковных авторитетов Евгения Чиряева, и Толик не отважился на подобную фамильярность.

— У Жени неприятности, — сказал Шахматист, — ты можешь ко мне приехать прямо сейчас?

Это была не просьба — приказ. А приказы нарушать не положено.

— Конечно, могу, — выдохнул он, — у Евгения Алексеевича неприятности, мы и принимаем меры. Я только Матвея предупрежу и сразу приеду. Евгений Алексеевич дал нам поручение.

— Дурак, — с презрением бросил Шахматист, — сказано приезжай, значит, приезжай. Звонить еще вздумал кому-то.

— У нас поручение…

— Я говорю тебе, не нужно звонить. Нет больше твоего Матвея.

— Как это нет? — шепотом спросил Толик. — Полтора часа назад мы с ним разговаривали.

— Он умер, — сообщил Шахматист, — приезжай скорее. Дело важное есть. Знаешь, где я обычно обедаю? Там и встретимся.

— Да, да, конечно. — Толик осторожно положил трубку, подумал с минуту и быстро позвонил по мобильному Очеретину. Телефон работал. Это немного приободрило Толика. Но никто почему-то не брал трубки. Наконец раздался незнакомый мужской голос:

— Слушаю вас. — Шпицын замер. Говорить было опасно. Но, с другой стороны, все надо проверить.

— Алло, — срывающимся от волнения голосом сказал Шпицын, — алло, кто говорит?

— Кто вам нужен? — И тут Шпицын понял, что это водитель, тот самый, которого Чиряев приставил к своей женщине.

— Костя, ты? — спросил Шпицын.

— Да, я, — ответил водитель.

— Уже понял, что ты, — раздраженно заметил Шпицын. — Что случилось? Где Матвей?

— Убили Матвея, — сообщил водитель, — он тут передо мной сидит. Убили его.

— Как это убили? Как это сидит? — запсиховал Шпицын. — А ты где был?

— Внизу, в машине ждал.

— Ты кому-нибудь звонил? — быстро спросил Шпицын.

— Никому, — ответил водитель, — я только вошел, когда телефон зазвонил. Открыл своими ключами дверь и вошел. Телефон на полу лежал, — он говорил сдавленным шепотом, словно опасаясь, что могут услышать.

Откуда Шахматист знает, что убили Матвея, если водитель никому не звонил, закралось подозрение.

— Ты видел, кто его убил?

— Не видел.