Фэнтези 2006

Пламя не даст телам, у которых похитили души, подняться из могил и причинить вред живым. Если бы у хелблара появилась свита, дела бы обстояли еще хуже, чем сейчас.

— Вы знаете, кем он был при жизни?

Повисло неловкое молчание. Старейшина сверлил взглядом Ра-тона, и тот, наконец, неохотно произнес:

— Да. Он жил в нашей деревне. Его звали Да-ром.

— Он был молод?

— Это так важно? — отчего-то оскалился Ра-тон.

— Да.

— Молод.

Значит, души он сосет гораздо медленнее, чем старик. Хорошо.

— Как он умер?

— Убил себя, — было видно, что рыжему великану этот разговор неприятен.

Гафур недоверчиво хмыкнул.

Странно.

В некоторых случаях самоубийца мог выбраться из могилы и шататься ночами по окрестностям, а порой даже посасывать кровь у скотины, но превратиться в хелблара… Маловероятно. Для этого надо нечто большее, чем покончить с собой. Некромант почувствовал, что после стольких лет поисков он наконец-то напал на след.

— Ты знаешь, почему он решил умереть?

Заговорил На-гор, и Ра-тон с явным облегчением перевел дух.

— Он убил женщину. Из-за того, что она была не его. А потом решил уйти следом.

Некромант покачал головой:"

"— Сомневаюсь, что все так просто, старик. Хелблар — это высшая ступень того, во что может превратиться мертвый. Драугр пожирает не только плоть. Питаясь душами, он набирается сил. С каждым убийством, с каждой душой, становится все сильнее и сильнее. А затем перерождается в то, от чего бегут даже снежные тролли. А уж их-то никто не смеет обвинить в трусости. Я сомневаюсь, что все дело в непринятой душе. Возвратившимся движет что-то иное.

— Что? — нахмурился Ра-тон.

— Еще не знаю. Расскажи мне о женщине.

— На-ара была красива, — процедил Ра-тон. — Она многим нравилась, но ее родители давно решили, кому она будет принадлежать. Через месяц девочка и наш лучший воин — Ха-зон должны были связать себя узами Уга. Но Да-ром любил ее и убил, чтобы она не досталась другому.

Некромант презрительно поморщился. Порой людские поступки ставили его в тупик.

— Ты поможешь прогнать зло? — Старейшина не отводил от него глаз.

— Быть может, и помогу, — после очень долгого молчания сказал некромант.

— Мы не справимся сами. Ни один меч и топор деревни здесь не помощники. Тебя послал Уг. Веришь ты в это или нет. Если уйдешь, люди будут умирать до тех пор, пока никого не останется.

Гафур хотел было сказать, что ему все равно, но отчего-то не стал. Он и сам не смог понять, почему произнес совсем иное:

— Этой ночью он должен прийти вновь. Я останусь с вами. Это все, что я могу обещать. Но пусть Ходящая не мешает мне. Ты согласен?

— Да.

— И мои слуги к вечеру вернутся. Они понадобятся.