Фэнтези 2006

Год 2-й Тростник, день 18-й Текпатль

Вход в подземелье обнаружили неожиданно быстро. С юга к пирамиде примыкала небольшая рощица тесно переплетенных друг с другом деревьев. Тубал, сверившись со своими записями, приказал слугам принцессы вырубить рощу, и к полудню от нее осталась только толпа кривоватых пеньков. От основания пирамиды к этим пенькам тянулась широкая полоса светлого грунта, похожая на засыпанную трещину в земле. Секретарь, с недовольным видом ходивший вокруг трудившихся в поте лица слуг, молча отобрал у одного из них тяжелую лопату и с силой ударил в середину предполагаемой трещины.

Рыхлая почва с тихим уханьем провалилась на два локтя в глубину. Еще через час открылись контуры выложенной белым известняком двери, ведущей в подземелье. Проем двери был завален битым камнем и глиняными черепками.

Наемники, стоявшие по обе стороны траншеи, с любопытством заглядывали вниз и всматривались в темноту. Кортес следил за ними, удобно устроившись в тени старой раскидистой сейбы на вершине невысокого оплывшего холма. Перед ним стояла оплетенная соломкой пузатая бутыль с холодным октли и две грубо вылепленные чашки.

Компанию Кортесу составлял капитан Коронадо, мрачный бородач, постоянно выглядевший сонным из-за полуприкрытых тяжелых век и мешков под глазами."

"— Не верю я в то, что на нас могут напасть, — Коронадо поднес к губам чашку, и на его поросшей короткими черными волосами шее задвигался мощный кадык. — Некому нападать. В руинах живет от силы человек двадцать — и хорошо, если хоть один из них сможет поднять меч. Вокруг на десять дней пути ни одного селения.

Жители ушли. Бежали. Они бежали от нас, командир, это же понятно! Мы наводим на них ужас… Кто станет нападать на лучших воинов аль-Ануака, которым к тому же покровительствует сам тлатоани?

— Не выдавай желаемое за действительное, Педро. В этих краях слово Монтекусомы значит очень мало. Хорошо спланированное нападение — и от бандейры в восемнадцать мечей останется в лучшем случае добрая память… — Меднокожие не способны на такое, командир, — презрительно сощурился Коронадо. — Все, что они могут — это нападать огромными толпами, мешая друг другу, и орать свои дурацкие песни.

То ли дело северные племена, с которыми мы сражались в Сиволе! Вот это бойцы! Правда, и наставники у них были не из последних…

— Норманны, слава Господу, так далеко на юг не забираются. — Кортес вспомнил, как бесшумно выплывали из тьмы причудливо раскрашенные фигуры воинов-анасази, истребившие половину его отряда в ущельях Сиволы, и его передернуло. — Хотя я слышал, что они подстрекают к бунту племена на северной границе империи.