Жена. Дорого (СИ)

И в трусиках действительно влажно.

— Я не понимаю, о чем ты, — сухо отвечаю я.

— У тебя на лице было написано, что ты мечешься между желанием раздвинуть ноги и своими дурацкими принципами. И если бы я не остановился, то сейчас бы уже находился в тебе. Я предлагаю тебе расстаться с сомнениями и получить удовольствие.

— Ты слишком самоуверен, — у меня сжимаются кулаки. — Обещаешь удовольствие, а я вот не уверена, что мне понравится! Такие, как ты, заботятся только о собственном удовлетворении!

— О, — он насмешливо смотрит на меня. — Так у нас тут не только лживая мораль, но еще и неудачный сексуальный опыт! Теперь хотя бы понятно, почему у тебя недотрах.

Недотрах? Сукин сын!

— Оставь в покое мой сексуальный опыт! И мою мораль!

— Ну почему же? Я просто воочию представляю бегущую строку в твоей голове с лозунгом: «Нельзя трахаться с мужиком, которого увидела впервые! Так делают только падшие женщины»! Так успокойся, я на тебе все равно женюсь, — усмехается он. — Даже когда мы оба признаем, что ты не такая уж правильная: у нас же контракт.

Скотина!

Крамер легко поднимается с кровати и в один шаг оказывается рядом со мной.

— Вот поэтому я и говорю, что ты ведешь себя как страус. Весь день за этим наблюдаю: и в кабинете, и в ресторане, и при встрече с Раевской, и сейчас. Твоя голова забита сплошной хренью: от страха осуждения окружающими до неприятия собственных желаний. Напоминаю, что, чем глубже прячешь голову в песок, тем беззащитней задница!

Тимур медленно наступает на меня, и я пячусь от него мелкими шажками.

— Тебя вообще не должна волновать моя задница!

— Ты — моя будущая жена, и как на грех ты абсолютно беззубая. Тебя сожрут в моем мире за пять минут, как ты собираешься в нем выживать?

Все, я уперлась попой в комод, а спереди Крамер прижал меня своим телом.

У меня вытягивается лицо от такой наглости:"

"— Класс! Подкат года! То есть если я позволю себя трахнуть, то твой мир наполнится для меня розовыми единорогами? — всплескиваю я руками.

— Ты можешь попробовать, — с усмешкой предлагает Крамер и кладет мою ладонь себе между ног.

От неожиданности моя рука легонько сжимается, и я могу оценить размеры моих проблем. Меня окатывает кипятком, а во рту пересыхает. Такого у меня точно не было.

Ноги слегка подгибаются. Истосковавшееся за долгие месяцы одиночества тело, однозначно голосует за срочное и подробное рассмотрение проблемы и решение ее любыми путями на кровати переговоров.

Крамер, глядя мне прямо в глаза, провокационно потирается стояком о ладошку и грубо сжимает попку, притискивая меня к своему паху сильнее. Внизу живота начинает сладко ныть.

— Давай, я тебя просто оттрахаю, тебе полегчает, и мы проведем эти пару лет не только с пользой, но и к взаимному удовлетворению.