Геном хищника. Книга третья

Собственно, он был чёрным, на нём крупные белые цифры: от одного до двенадцати по большому кругу, и от тринадцати до двадцати четырёх по внутреннему маленькому. У каждой цифры часовой маркер в виде жёлтого треугольника, светящиеся в темноте. И толстенькие стрелки, также покрытые светомассой.

— Олдскульненько, — задумчиво пробурчал я, а потом повернулся к Клоду. — Надеюсь, не из грязной дюжины?

Часовщик-изобретатель не отреагировал. Будем считать, что не услышал вопроса, а не таким способом уклонился от ответа. Я прислушался к чуйке шакраса, которая совершенно не заинтересовалась биомонитором. На Аркадию, конечно, всякое привозят, но, скорее всего, это не радиоактивный радий, который делали в первых военных часах. Насколько помню, двенадцать часовых компаний тогда получили контракт на поставки в Британскую армию таких часов. Отсюда и дюжина, а вместе с радием — и грязная."

"На этом биомониторе производитель указан не был. На том месте, где его обычно пишут, было пять микроскопических отверстий, прикрытых дополнительным стеклом. На правом боку расположилось стандартное колёсико, а по центру на корпусе (над цифрой двенадцать) было ещё три защищённых отверстия. На задней стенке красовалось несколько надписей. Какие-то цифры, что-то про версию системы, рекомендуемый диапазон рабочих температур и стандартное про водонепроницаемость.

Размах отличный: от минус сорока до плюс восьмидесяти. Есть где разгуляться. Но не расплаваться — всего-то пять бар, то есть пятьдесят метров. С моими навыками и аппетитами — маловато! Я, конечно, так глубоко пока не нырял. Но так это пока.

Ремешок был из текстиля, что-то прочное, похожее на огнеупорный брезент. Металл корпуса — титан, а стекло, скорее всего, классическое, то бишь сапфировое. Просто так не поцарапаешь, плюс устойчиво к химии и прочим вредностям. В общем, обычные армейские полевые часы, только увеличенные процентов на тридцать. Осталось теперь понять, как их включить.

Последний вопрос я, видимо, задал вслух, потому что на него ответил Клод.

— Просто надень и нажми на головку.

Как только я это сделал, меня что-то кольнуло в запястье. Проглядел я, видимо, что-то снизу. Пять точек в середине мигнули и больше ничего не произошло. Только вздрогнула секундная стрелка, начав отсчёт с, по сути, произвольного времени. Хм, больше ничего не произошло: экран не стал интерактивным, никаких бегущих строк не выскочило.

— Аркаша, ты здесь? — спросил я осторожно, проговорив в часы, как в микрофон, предварительно отвернувшись от Клода. — Аркаша, активация!

Блин, чуть не ослеп! Все пять мигнувших точек, зажглись одновременно и выстрелили мне в глаз разноцветными лучами.