Гимн шута 7 (СИ)

— Ах, да… — коротко вздохнул клановец и потянулся к сумке, извлекая на суд собравшихся солидно оформленную папку. — Прошу ознакомиться.

Первым, по старшинству, папку принял Председатель Правления. Для того, чтобы вникнуть в суть, ему понадобилось не более минуты.

— Односторонний договор о ненападении и признании, — коротко объявил он, старательно скрывая легкое изумление. — Подписан Балтийским Львом и Игнатом Львовичем.

Дополнительных объяснений не потребовалось. Все были в курсе, кто возглавит клан «уральцев».

— На четверть века, — просто закончил Игорь Георгиевич.

Вот теперь во взглядах, помимо удивления, можно было разглядеть и легкую оторопь.

— Что ты за это должен, сын?! — глухо выдавил из себя Анатолий Георгиевич.

— Никаких обязательств со стороны Павла Анатольевича не предусматривается, — продолжил его брат. — Однако есть уточнение, что договор с нашим кланом действует до того момента, пока молодой человек является его представителем. Отдельно отмечено, что смерть молодого человека, если к ней не причастны Волконские, не является поводом к разрыву соглашения.

Отец «бунтаря» все это время не сводил тяжелого взгляда с парня.

— Ни-че-го, — спокойно выдал тот. — Все мои обязательства по этому соглашению закрыты.

Мужчина глубоко вздохнул и… не стал спорить.

— Хорошо, — вздохнул Глава. — Пока оставим это.

Павел приподнял бровь вопросительно.

— Мы не забудем твой вклад в развитие клана, — тут же ответил мужчина. — Просто предлагаю обсудить этот вопрос чуть позже. Пока предлагаю сосредоточиться на нынешнем вопросе. Так понимаю, что у тебя не хватает ресурсов для обеспечения условий сделки?

Молодой человек позволил себе негромко хмыкнуть.

— Не совсем верно, Игорь Георгиевич, — выдал он. — В случае, если созданная кланом под мои задачи ГБР действительно подчиняется мне.

— У тебя есть поводы сомневаться в лояльности бойцов? — ответил синхронным жестом Глава.

— У меня не было повода проверить их лояльность на практике, — мягко развел руками клановец, словно пытаясь подчеркнуть, что это не попытка в чем-то обвинить родичей. — До сего момента мне не приходилось использовать их для решения серьезных задач.

Мужчины, хоть это и неприятно было признавать, вынуждены были признать, что некоторые причины для недоверия у Павла имеются.

— Каким образом ты видишь обеспечение… твоего доверия? — ровно поинтересовался Председатель Правления.

— Присяга, — коротко пожал плечами молодой человек. — При свидетельстве канцелярии.

— Действительно, рано убрал! — хохотнул воевода, глянув в сторону шкафа, в недрах которого исчез заветный графин. — А чего не императора лично?!

— Считаешь, есть необходимость?! — в том же тоне выдал Павел, явно ерничая.

— Сын… — с легкой укоризной произнес отец.