Гонки на выживание

 — В жизни всегда есть место снайперу.

— Мы гарантировали Стенину полную безопасность, — встревожился и Нифонтов.

— Думаю, пока Клоков не знает, в связи с чем задержан Стенин, он ничего предпринимать не станет из опасения, что как раз в этом случае тот может заговорить, — сказал Макарычев.

— Так или иначе, риск остается, — сказал Голубков. — А мы должны исключить его полностью.

— Тогда пусть решают сама жена Стенина и его старший сын. Они должны понять, что, если мы сейчас не обезвредим этого господина со всей его камарильей, им придется вечно жить под дамокловым мечом. Его супруга — умная, мужественная женщина, пусть решает.

* * *Те двое суток, когда весь мир терялся в догадках о судьбе самолета «Руслан», бесследно пропавшего в небе Центральной Азии, вице-премьер правительства России Герман Григорьевич Клоков провел в больших хлопотах и волнениях."

"Как член правительства, ответственный за многие вопросы, связанные с обороной и безопасностью страны, он, естественно, не мог оставаться в стороне от такого печального инцидента. Он звонил в самые разные учреждения, связывался с руководителями ведомств, настойчиво требовал, чтобы его постоянно держали в курсе событий и немедленно сообщали любые вновь поступившие сведения. Его участие в судьбе самолета и экипажа было чрезвычайно активным и разносторонним, причем настолько, что это даже привлекло внимание людей, весьма далеких от операции «Зодиак».

И когда Клоков, созвонившись с командующим дальней военно-транспортной авиацией, потребовал немедленно начать служебное расследование, чтобы выявить по горячим следам виновных за выпуск в небо неисправного самолета, тот твердо и непреклонно заявил, что пока еще находится в подчинении у своего начальстваглавнокомандующего ВВС и министра обороны и предпримет какие-либо соответствующие шаги лишь по их приказу. А пока судьба самолета неизвестна, судить кого-то да казнить он считает преждевременным.

Несмотря на это. Клоков отправил на аэродром в Жуковский одного из своих помощников, чтобы выяснить точные обстоятельства подготовки самолета и причины задержки экипажа перед вылетом. Однако ничего вразумительного тот не добыл, о чем и доложил Герману Григорьевичу по возвращении.

Клоков предполагал, что эти дни будут чрезвычайно напряженными, но не мог и подумать, что возникнет столько непредвиденных осложнений и совершенно необъяснимых срывов. Человек научного склада ума, аналитик по природе, он не мог не почувствовать, что сумма этих срывов и неудач превысила некую статистическую норму, что за всеми этими неожиданно посыпавшимися проблемами и напастями вдруг возникает какая-то смутная, неподвластная ему закономерность.