Гонки на выживание

Водитель «мерседеса», которого они тотчас узнали по ярко-синей куртке в пестрых значках и эмблемах, сидел, опустив голову, на другом склоне холма и молча смотрел на пистолет, который держал в руке. Невесть откуда взявшийся водитель «мицубиси» подошел к нему сзади.

— How do you do, mister Dobrynin! Happy today? — с мрачной иронией произнес он. — Бросьте пистолет, Леонид Павлович! Надо было раньше.

Человек, названный Добрыниным Леонидом Павловичем, медленно поднял голову и, не веря то ли глазам своим, то ли ушам, уставился на того, кто обращался к нему. Потом отшвырнул пистолет в сторону.

Пастух оглянулся, высматривая Трубача, но того нигде не было видно.

— Что там с Колькой? — спросил он у Боцмана и Дока.

Они взбежали на вершину, откуда только что поднялся вертолет, оглядели склоны. Трубача не было.

— Слушай! — вдруг ахнул Боцман. — Да он на «вертушке» ушел!

Вертолет еще было видно, но он вот-вот должен был скрыться за вершинами гор. Обескураженные, они смотрели ему вслед.

Затем Пастух, Док и Боцман медленно вернулись туда, где невесть откуда взявшийся водитель «мицубиси» стоял над человеком в синей куртке.

— Телефон в Москве номер восемьсот девяносто девять — семнадцать — пятьдесят семь вам знаком? — отрывисто и зло спросил его этот лысоватый немолодой человек.

Тот молчал.

— Слушайте, Добрынин, не будьте идиотом! Вы что, хотите остаться лежать здесь, как вон те двое? Чей это телефон? Быстро!

— Лучше застрелите меня, — с трудом выговорил Добрынин.

— Была охота! Раскиньте мозгами — если я знаю этот номер, значит, знаю много чего. От вас требуется только назвать человека, в чьем кабинете он установлен.

Добрынин молчал.

— Вставайте! — рявкнул странный русский водитель с безупречным лондонским произношением. — Вставайте и идите к тем! — он кивнул на мертвых солдат.

Добрынин поднялся.

— Это номер… номер телефона… вице-премьера Клокова… Теперь вы убьете меня?

— Убьем, если вы не ответите, кому принадлежит телефон шестьсот пятьдесят пять — двадцать пять — двадцать.

На лице Добрынина отразился ужас."

"— Это телефон координационного центра организации ""Национальное движение «Русская лига».

— И последнее, — сказал водитель. — Их приветствие?

Добрынин опустил глаза и проговорил чуть слышно:

— ""Россия для русских!""

Пастух и его друзья слушали этот разговор, ничего не понимая.

— Ну, вот все и связалось наконец, — сказал тот, что вез их тогда в микроавтобусе. — Два телефона, приветствие и имя… Он не успел договорить.

За горной цепочкой снова послышался частый звенящий грохот вертолетного двигателя.

— Вызвали подкрепление… — устало сказал неожиданный союзник. — Вот ведь досада! Теперь уже точно не дадут уйти. Жалко, черт!

Рокот вертолета приближался.