Головоломка для практикантки. Фамильный приговор

 – Женщина-снайпер – почему бы и нет? На женщину мало бы кто подумал, да ей и легче потом было бы затеряться среди гостей, если бы она стала уходить с места преступления именно этим путем. Следы были бы затоптаны другими людьми, и не одна собака не взяла бы такой след».

Тогда получается, что могли мстить и Данилину-младшему, раз убили его и пытались застрелить его молодую жену. Ревность? Все может быть. По тем характеристикам, что давались Глебу Данилину, Гуров знал, что у того было много девушек. А уж женить на себе богатого сыночка замминистра желала бы не одна девица. Значит, убийцу нужно искать и среди бывших пассий Данилина-младшего."

"Вечером Гуров разговаривал по телефону с Крячко, и тот рассказал Льву Ивановичу о своем посещении квартиры генерал-майора Корсунова, где у него состоялась беседа с Данилиным-старшим. Иван Дмитриевич рассказал Станиславу о своих отношениях с сыном и с бывшей женой. На вопрос Крячко, есть ли у него или его сына недоброжелатели или даже враги, Данилин ответил, что не знает таковых у себя, но за сына отвечать не может. Он также сказал, что в последнее время отношения с сыном у него были напряженные. Глебу нужны были деньги, но давать их сыну Иван Дмитриевич не хотел, потому как тот, по его мнению, тратил их бездумно и на всякие глупости. Единственное, что он ему позволил – это провести свадьбу у себя в доме и оплатил в качестве свадебного подарка поездку молодоженов в Париж. Крячко поинтересовался у него и по поводу охоты в марте, на которую он ходит с карабином. Один он был на охоте или с кем-то? Оказалось, с сыном и невесткой. Он даже дал пару раз стрельнуть из карабина Арине, которая и вправду оказалась отличным стрелком. Охотиться летали в начале марта на вертолете в Адыгею. В это время охота на оленей еще разрешена.

«Странно, – подумал, услышав эту информацию, Лев Иванович. – Но почему тогда Арина Данилина сказала мне, что ни разу не стреляла из «Тигра»? Зачем было обманывать?»

Голова шла кругом от всех этих догадок и версий. Как же тут уснешь? Но спать было нужно. Завтрашний, а вернее, уже сегодняшний день обещал быть напряженным. Гуров заставил лечь себя в постель и закрыл глаза. Сон пришел только под утро, но Лев Иванович проснулся уже в семь часов. От проведенной почти без сна ночи голова у него была тяжелой, а веки воспаленными.

– Хорошо еще, что не забыл включить на телефоне будильник, – проворчал он и, быстро приведя себя в порядок, спустился вниз.

Кафе-бар при гостинице уже работал, и полковник решил в этом кафе позавтракать. Неожиданно в бар вошел Примаков и, разыскав глазами Гурова, быстрым шагом направился к нему.

– А я думал, что вы еще спите, – сказал он, здороваясь с полковником за руку.

– Что ж я сюда спать, что ли, приехал? – буркнул Гуров.