Город драконов. Книга шестая

Но…

И я оглядела всех присутствующих.

Я в целом доверяла доктору Эньо и его супруге, но это дело мы начали расследовать вместе с моими домочадцами, они были в курсе всех событий и всех гипотез, мы вели это дело вместе, и сейчас мне крайне не хватало Бетси. Однако, мне необходимо было хоть с кем-то поделиться своими предположениями, а потому я все же решилась это произнести:

– Со Зверем герцога Карио что-то не так.

В кухне воцарилась тишина, столь напряженная, что шум голосов в доме и в саду поместья Арнелов казалось лишь усиливал напряжение."

"Миссис Макстон, невзирая на нечеловеческую усталость, села ровнее, и вопросила:

– Мисс Ваерти, дорогая, что вы имеете ввиду?

Ох, что же я имею ввиду.

Прижав пальцы к вискам, я некоторое время смотрела на свой остывающий чай, у миссис Эньо он и в половину не был столь же вкусным, как у миссис Макстон, а затем, не поднимая головы и все так же взирая на терпкий напиток, произнесла то, что у самой в голове не укладывалось:

– Если бы этот Зверь был в том Карио, коего лорд Арнел изгнал с территории драконов, он бы не подчинился.

На кухне вновь воцарилась тишина, после которой мистер Уоллан тихо спросил:

– Мисс Ваерти, о чем вы?

Действительно, о чем это я? Воистину, я понятия не имела, как в целом объяснить, что я пытаюсь сказать.

Но имелось несколько моментов, что вызывали во мне чудовищную тревогу. К примеру, слова Эмбер Энсан о том, что когда Зверь утопит в крови Город Драконов он примется за оборотней. И слово давешнего Зверя о лорде Арнеле – он назвал его мальчишкой, но по возрасту оба были практически равны. А больше всего меня тревожил тот факт, что профессор Стентон знал о Звере еще шесть лет назад. Но при супругах Эньо я не могла сказать об Эмбер Энсан, это была не моя тайна, и я не имела право ее разглашать.

Зато могла высказать свое основное предположение:

– Возможно герцог Карио тоже… жертва.

И миссис Эньо рухнула на ближайший стул.

Шокирована была не она одна.

– Жертва? – с трудом сдерживая негодование, вопросил мистер Уоллан. – Мисс Ваерти, я не горю желанием, и в принципе никогда не покажу вам записи показаний некоторых из плененных магов, а иначе чем пленом я не могу это назвать, но поверьте, в мире не существует более чудовищного ублюдка чем Карио!

– Мистер Уоллан! – вскинулась миссис Макстон.

Однако было уже слишком поздно заботиться о моей репутации и благовоспитанности. И мы все дружно проигнорировали ее возмущение. Более того, я решилась на совершенно недопустимый для благовоспитанной девицы вопрос:

– Проскальзывало ли в этих показаниях что-либо связанное… с семенем герцога Карио?

И они побледнели. Миссис Макстон, мистер Уоллан и доктор Эньо. Все трое быстро переглянулись между собой, и точно так же все трое… промолчали.