Адвокат Империи 13

Это действительно было обычное кольцо-печатка. Да, с весьма непростой историей и бывшими владельцами, но, тем не менее, обычное кольцо.

— А она не сказала тебе…

— О том, откуда оно взялось на аукционе? — закончил я за него и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — Нет. Но, думаю, что ответ очевиден. Не думаю, что мой отец расстался бы с фамильным перстнем по доброй воле.

— Нет, — Князь медленно покачал головой, всё ещё не сводя глаз с кольца. — Не расстался бы.

Он осторожно взял коробочку пальцами, явно не желая притрагиваться к самому кольцу, и поднял её на уровень глаз, внимательно рассматривая перстень.

— Знал бы ты, как часто я видел его, — произнёс он. — Помню тот день, когда твой дед передал его Илье.

Его слова вызвали у меня усмешку.

— Небось батя в тот момент раздулся от гордости.

— Даже не представляешь, насколько ты прав, — Князь усмехнулся в ответ, ещё несколько секунд рассматривая перстень, после чего положил коробочку обратно на стол. — Думаю, что это был один из самых лучших дней в его жизни. Жаль, не могу сказать того же самого про себя.

В его эмоциях скользнуло… нечто. Не разочарование, нет. Скорее нечто вроде застарелой обиды.

— Что? Стал совсем несносен? — спросил я, и Князь неохотно кивнул.

— В том числе, — подтвердил он. — Именно после того дня Илья и придумал эту глупую кличку. Вроде как чтобы мне обидно не было, что кольцо и титул достанутся ему, а я никогда не получу ничего из этого. В тот день он впервые, в шутку, назвал меня Князем."

"В ответ на это я лишь поморщился. Если кто-то спросит меня, почему я предосудительно относился к своему биологическому отцу, то, пожалуй, этого примера будет более чем достаточно. И сейчас уже не так уж и важно было, проявлением чего именно была эта насмешливая кличка, данная одним братом другому.

Покровительственная насмешка, которую Илья использовал в снисходительном смысле, как бы говоря: «Ты можешь играть в аристократа, но никогда не станешь кем-то равным мне». Демонстрация власти, через призму которой старший брат демонстрировал младшему, что именно он будет решать, кто и чего достоин. Не важно. Всё это не имело для меня никакого отношения.

Особенно теперь, когда Князь не только принял это издевательское прозвище, но и превратил его в собственную броню, за которой укрылся, как за щитом. Превратил его в собственную силу.

А потому решение о том, как поступать с кольцом, я принял ещё сидя в роскошном кресле самолёт на высоте в одиннадцать тысяч метров над атлантическом океаном.

— Оно твоё, — спокойно произнёс я.

Ладно, порой чудеса случаются не единожды. Потому что другой причины, почему вижу удивлённое лицо Князя дважды за один час, я придумать не могу.

— Что? — переспросил он, хотя я и так прекрасно знаю, что он хорошо меня слышал.