Адептка (сборник)

Мое игривое воображение наделило его внешностью лорда-директора Академии Проклятий Риана Тьера и аппетитами жеребца-производителя.

Лорд Дрей любил адептку Блэквуд. Любил ее много, страстно и разнообразно. С выдумкой так любил. Некоторыми сценами (например, той, где он обмазывал прекрасную Таисию клубничным желе, а потом слизывал его) я по-настоящему гордилась.

Ну и что, что опыта у меня ноль целых ноль сотых. Воображение его прекрасно заменяет. Вот выйду замуж, буду книжки писать. Все равно жизнь кончена. Только и остается, что мечтать о сексуальном ректоре.

Я потянулась, разминая затекшие мышцы. В окно заглядывал унылый серенький рассвет. Опять не спала, уже которую ночь. Мешки под глазами грозили стать больше, чем пивное пузо моего нареченного."

"Склонившись над умывальником, я поплескала в лицо холодной водой и уставилась в зеркало.

Меня называют хорошенькой. Наверное, заслуженно. По крайней мере, мне всегда нравилось то, что я видела в зеркалах. Волосы темные, кожа матово-бледная, как у мамы. Этот оттенок считается аристократичным. У меня правильные черты лица, тонкие брови, длинные ресницы.

Юношам я тоже нравилась. За три года учебы меня не раз приглашали на свидания. С одним старшекурсником я даже целовалась. Было забавно.

На что-то более серьезное я так и не решилась. Наверное, зря. Надо было согрешить с кем-нибудь, с кем угодно, когда стало ясно, что свадьбы не миновать. А я вместо этого села писать роман про развратного Кристиана.

Ну не дура ли?

ДэймондИзвещение о групповом несчастном случае. Наименование организации – Управление следственного отдела Ардама.

Задумался.

– Эй, Клайв, как полагаешь, тролля со сломанной челюстью считать пострадавшим?

– А ты как сам думаешь? – хмыкнул он.

– Думаю, нет. Он заявление не писал. – Взъерошив сильно отросшие волосы, я решительно отодвинул свиток в сторону. – Кому это вообще нужно? Остальные трое тоже от своих обвинений отказались. Получается, и не было ничего. Так ведь?

– Это ты мастеру Окено скажи, – гоготнул Клайв. – Третья стычка за неделю – бьешь свои же рекорды, друг.

– Не мы такие, – философски заметил я, поднимаясь из-за стола и хватая мундир со спинки кресла, – времена нынче тяжелые, народ борзеет.

– «Времена», – передразнил меня Клайв. – Ты бы поаккуратнее кулаками махал, мы все-таки офицеры. Стражи порядка. Окено прав, дружище, однажды придется тебе поплатиться за свою импульсивность. Ты вообще меня слушаешь?

– А как же, – уже от двери отозвался я, – придется заплатить – так и сделаю, а пока у меня свои методы.