И вкус тьмы на губах

Почему-то казалось, что мужчины не жаждут знакомства с родственниками понравившихся девушек, если только не стремятся к серьезным отношениям. О боги, а он что, стремится? Какая же это глупость!

– Прости, ягодка, совсем вылетело из головы…

Виктрэм достал из кармана черных брюк стальной браслет-ободок – хрупкий вьюнок с голубыми капельками росы на филигранно выполненных листочках. Голубые бриллианты? Ого, очень дорогая вещь, да еще сильно фонит магией!

– Как моя невеста, ты должна носить артефакт рода Глау.

– Должна… как невеста?.. – Его слова, как ведро холодной воды, вмиг привели в чувство. – Лорд Глау, вы забываетесь. Оборотней здесь нет, мне не нужно играть фальшивую невесту.

Брови Виктрэма взлетели на лоб потревоженными птицами.

– Почему фальшивую?

Так, приехали.

Не удержавшись, я коснулась его лба, проверяя, нет ли лихорадки.

– Я здоров, ягодка.

Виктрэм улыбнулся ласково и, перехватив мою ладонь, припал к запястью губами. Горячими, настойчивыми губами.

Тело словно молнией пронзило – и я испуганно отдернула руку. Затем и вовсе попятилась, стремясь оказаться подальше от темного.

Растерянность легче всего маскировать бравадой. И я с вызовом поинтересовалась:

– Ой, так я невеста настоящая? И когда у нас свадьба, я хочу поскорей!

Я хотела смутить его, осадить. Не вышло.

– Когда скажешь, ягодка. Как только с меня снимут сдерживающий силу медальон, сразу отправимся в храм Тьмы.

– Зачем? – У меня голос сел от удивления и возмущения.

Это ведь не игра! Храм – слишком серьезная тема, чтобы шутить.

– Как зачем? Ты моя невеста, нас ждет благословение Кромешной.

Не могу поверить, что он вот так, по-настоящему… Дикое предложение. Точнее, меня даже не спрашивали.

– Еще вчера я была невестой фальшивой. Что изменилось, лорд Глау?

Кромешник нахмурился и в один миг оказался рядом.

– Лорд Глау? Уже второй раз за пять минут так называешь, ягодка. Забыла о моем предупреждении?

Зловещий голос, массивная фигура, нависшая надо мной… а не страшно нисколечко. Чувствуется нарочитость, дурашливость в тоне. Но я играть не намерена.

– Правда покусаете, ваше темнейшество? – Я выдержала взгляд золотых глаз, сейчас полных мягкой насмешки.

– Обязательно, ягодка. Выберу время и местечко, что очень сложно – слишком многие мне нравятся.

Боги, он неисправим! И это кромешник и техномаг, которому сама магия диктует быть серьезным!

Фыркнув, я отошла к шкафчику, где хранила зелье, присланное Мадлен. Пора возобновить прием, и так слишком часто пропускаем.

– Пока готовится завтрак, выпейте ложечку.

– Выпей, – поправил Виктрэм и, взглянув на браслет, который все еще сжимал в руке, помрачнел. – И не уходи от вопроса, ягодка.