Я (не) ваша Лия! (СИ)

Мой спутник усаживает меня на стул, расположенный впритык к своему, садится сам, и наши сотрапезники вслед за нами тоже призмеляются на свои сиденья. Все, кроме одного, который, похоже, намерен держать речь.

— Наша сила — в традициях, светлейший, — многозначительно изрекает пожилой, белобородый мужчина. — Фрийские жены — не только умелые любовницы, заботливые матери, но и грозные воительницы. Что станет с нашей страной, если мужи королевства последую твоему примеру и станут брать в жены слабых, беспомощных левиек, во всем зависящих от магии?

С досады мысленно чертыхаюсь. Вот же гад! Бьет в самое уязвимое место! Черт меня дернул за язык предложить Ардо всех выслушать! Однако мой жених не теряется:

— Гиннар, твоя дочь слаборука. Она с трудом поднимает меч — такой уж родилась…Считаешь ее непригодной к замужеству с фрийцем?

Белобородый Гиннар сердито качает головой, крякает от возмущения и вскоре садится. Его только что ткнули носом в им установленные двойные стандарты. И правда, что на такое ответишь?

Тогда слово берет хорошенькая молодая особа, сидящая в метре от Ардо:

— Но, светлейший… Фрийские девы любят родину настолько, что готовы сложить голову ради ее блага и процветания. Что может дать Фрии эта гм… юная, неопытная левийка? Какой пример она покажет нашим девам, занимая столь почетное, видное место подле тебя?

— Эта юная, неопытная левийка умеет выращивать урожай, разводить скот, исцелять больных и даже принимать роды, — отрубает Ардо, а я еще больше зажимаюсь от этих слов, ведь ничего из вышеперечисленного делать не умею. Чувствую себя бесполезной, как дырявый таз, хотя мой жених и утверждает обратное. — Во время войны, когда большая часть из нас отправится сражаться, все эти навыки могут пригодиться в тылу. Впрочем, и в мирное время подобные знания принесут пользу. Не находишь, Кларита?

— Но полюбит ли она Фрию так же, как мы?"

"— Заботу об этом предоставь ее жениху, — улыбается Ардо. — Разумеется, будет легче привить моей невесте любовь ко Фрии, если местные жители отложат в сторону копья и продемонстрируют свое знаменитое радушие.

— Я поняла, светлейший, — говорит Кларита, заметно порозовев в щеках. — Если позволишь, я задам последний вопрос.

Ардо кивает и девушка продолжает, с вызовом вскинув головку:

— Ты левиец по отцу, всю жизнь прожил в Левии и выбрал себе левийскую деву. Так где твоя родина, сир Кроу? Здесь или там?

На дерзкую девчонку со всех сторон устремляется шквал осуждающих взглядов. Больше всего возмущения сквозит от миловидной девочки-подростка, сидящей совсем рядом с Ардо. Она сжимает сейчас рукоятку столового ножа с такой злостью, что, кажется, серебро вот-вот прогнется или взлетит в воздух и острием прильнет к горлу Карлиты.