Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

А Зимин продолжил:

— Уверен, Дмитрий Васильевич, у вас выдался очень тяжелый день, — усмехнувшись, произнёс он, и в голосе кустодия я услышал плохо скрытую иронию. По-видимому, жандарм тоже ее уловил и поэтому удивленно посмотрел на нас. Но криомастер только махнул рукой:

— Не берите в ум, князь. Что удалось узнать?

Жандарм принялся перебирать бумаги:

— В деревне все на местах, никто в бега не подался. Да и светлых в селе только трое. Старый жрец, его помощник, и новая девушка-лекарь. В основном, она животных исцеляет. Селяне ей не доверяют. Они у синодника лечатся. Мимиков среди них нет.

На последних фразах Шуйский издал едва слышный смешок. Взглянул на нас, и улыбка мигом сползла с лица жандарма. И он уточнил:

— Не смешно получилось?

— Вы можете быть правы, — спокойно ответил кустодий. — Вот.

Криомастер вытащил из кармана фотоаппарат, и протянул его Шуйскому. Жандарм принял устройство, удивленно взглянул на меня. Но Зимин кивнул:

— Смотрите, смотрите. Пейзажи на болотах хорошие.

— Дорогой аппарат, — присвистнул Дмитрий.

— Не надо свистеть в доме, — шикнула Любовь Федоровна и несколько раз плюнула через плечо.

— Кустодии пользуются самыми передовыми технологиями, — с гордостью заявил Стас. — Там кнопочка с гербом. На нее нажмите, чтобы просмотреть снимки. А менять картинки надо кнопкой с клювом.

Дмитрий последовал инструкции и принялся листать фото. Пока наконец не нашел нужное:

— Это… — пробормотал он, и Зимин кивнул:

— Именно, Дмитрий Васильевич. В эту хижину часто приходит босоногий гость. Или гостья. Призраки не сказали нам про это ни слова.

— Потому, что духи никого в хижине не видели, — добавил я. — Они утверждают, что никто кроме жертв и Двушкина не заходил в этот болотный дом.

Дмитрий снова присвистнул, и Виноградова отвесила ему легкий, но обидный подзатыльник.

— Денег не будет, — проворчала она, поясняя свой поступок.

— Вас Любовь Федоровна осенила священным знаком. От сглаза, — перевел я, не вдаваясь в подробности.

Шуйский пригладил волосы и гулко сглотнул.

— Она больше не будет, если вы не станете свистеть, — пробасил Фома и тут же предложил, — может чайку?

Я подумал, что никогда так не был рад оказаться дома.

Глава 16

Ох уж эти сказочки

На несколько секунд за столом повисла напряженная тишина. Которую нарушил Шуйский:

— Значит, чай? — растерянно уточнил он.

— Давайте, — согласился я.

Почти сразу же Фома внес в комнату большой самовар и следом за ним вплыл поднос с чашками, вазочкой с сахарными кусочками и заварником.

— У вас все серьезно, — оценил Зимин, потирая ладони.

Чтобы покорить гостей окончательно, Виноградова подала пирог с творогом и зеленым луком.