Я сделаю это сама

- Идём, - проговорил он, голос звучал хрипло и очень страшно.

- Вот ещё! - а её голос звонко и чётко разносился в морозном воздухе. – При жизни с мужиками находилась, благодарствую. Иди куда шёл, да не сворачивай, ясно?

- Ты, баба глупая, пошли, кому говорят, - начал было мужик, но Алёнушка подняла фонарь и вдруг оказалась выше него на голову.

- Пасть закрой, - и шагнула вперёд.

- Убери свет, убери, - застонал Валерьян.

- А ну с дороги, - она ещё и помахивала тем фонарём в такт неспешным шагам.

Шаг – шаг – шаг – шаг… Валерьян попятился. И ещё попятился. И ещё. А потом его нога оказалась в воздухе, а тело продолжало движение, и он не сразу это понял. Шевельнулся, утратил равновесие и полетел в воду.

Вошёл в чёрную гладь без всплеска, без движения, вода не шелохнулась. Приняла – и всё. А Алёнушка рассмеялась – ух, и скрёб же по нервам тот смех! – и повернулась прямо к нашему тёмному проходу.

Шаг, шаг, шаг, я прикинула – ещё пять шагов, и деваться будет некуда. Маги переглянулись, вздохнули, Асканио повёл рукой…

Я невежливо отпихнула его и вылетела в лунный свет сама, судорожно вспоминая, что там надо сказать.

- Алёнушка, зайди за горку, я не Ивашка и не Егорка, отпусти меня, на дороге не стой, дам золотой! – выпалила я и поклонилась в пояс.

Есть ли что ей дать? В кармане передника было… что-то, и это что-то было съедобным. Я достала и протянула ей на дрожащей раскрытой ладони.

Она сверкнула на меня глазищами – ох, и жутенько! – и протянула руку. Я не отважилась коснуться её ладони, просто уронила в неё… половинку присланного мне с горы пряника. Одну я сгрызла сегодня поутру с чаем, а вторую оставила на вечер, тоже с чаем. Вот, значит, какой у нас нынче чай."

"Алёнушка приняла подношение, поклонилась мне… и исчезла. Просто молча исчезла, и всё. А я поняла, что ноги не держат, и плюхнулась на холодную землю.

Сверху молча и бесстрастно светила луна.

35. Кто кого

35. Кто кого

Стремительные шаги за спиной, и меня хватают за плечо. Очень неласково хватают, между прочим.

- Вы с ума сошли, госпожа маркиза? – интересуется у меня господин Асканио.

Он только что огнём не пышет, а так – злобный, и волосы развеваются, и глаза искры мечут. Я пробую пошевелить головой – вроде получается.

- Вы о чём, господин маг? – хочу сказать громко, но после предыдущего выброса адреналина я опять без сил, и выходит только шептать.

- Почему вы помешали мне уничтожить нежить? – он снова встряхнул меня.

Ах-ах, великого героя лишили лавров победителя? Так другого врага нужно было ловить.

- Потому что увела бы она вас с собой, и поминай, как звали, - говорю я негромко, но твёрдо.

- Асканио, оставь её. Маркиза, вы весьма обяжете нас, если не будете вмешиваться, - а, вот и генерал подтянулся.

- Она не как Валерьян, она своя собственная.