Я сделаю это сама

Анри всё ещё не уставал восхищаться теми красотами, что открывались сверху. Облака лежали ниже, прикрывали деревню, а над ними – синее небо, вершины гор, а их склоны будто зелёным бархатом обтянуты. И внизу – вода, невероятная водная гладь. И против кого здесь воевать?

Впрочем, он знал, что воевать случается в таких местах, по которым ни за что не скажешь, что в них может гнездиться какое-то зло. Поэтому – вперёд, и смотрим в оба.

Деревня по дневному времени выглядела пустынной, только совсем мелкие мальчишки бродились в большой луже. Увидели их, примолкли, рты разинули. Сверху, говорят, приехали. Ну да, сверху.

На пристани как раз разгружали рыбу из большой лодки. Дрю направился туда, велел своей десятке следовать за ним. Северин увязался туда же. Анри не пошёл – потому что зачем мешать человеку, который лучше него знает, как надо?

Огляделся… тьфу ты.

На камушке, подтянув колени к подбородку, сидела и смотрела на воду маркиза дю Трамбле. В унылом сером платье и простом чепце. В прежней жизни она бы такое и в руки не взяла, а сейчас – ничего, и взяла, и надела. Сидит, не шевелится. Черт побери, нет. Шевелится. Повернулась, уставилась в упор.

Со вздохом Анри спешился, негромко велел Принцу стоять смирно и направился к ней.

- Добрый день, маркиза, - и поклонился ей самым что ни на есть светским образом, будто они снова встретились на паркете королевского дворца.

18. Пикировка

18. Пикировка

- Здравствуйте, - я кивнула пришельцу.

Разговаривать, глядя на него снизу вверх, было очень неудобно, и я поднялась. То есть, попыталась, неуклюже оперлась о камешек, он оказался неустойчив и покатился под моим весом, и я сама тоже покатилась бы, если бы не оказалась подхвачена двумя руками. Нашла опору, встала. Взглянула на него.

- Осторожнее, маркиза. Сломать шею, свалившись с обрыва – не самая хорошая смерть. Особенно для вас, - мне мерещится, или он издевается?

- А что со мной не так? – поинтересовалась я.

Интересно же. Почему всем нормально шею свернуть, а мне – нет.

- Вы, наверное, полагали, что будете жить долго и счастливо за спиной нашего покойного величества. А потом – что не менее долго и счастливо, но уже без него. А теперь, наверное, собираетесь долго и счастливо жить здесь? – усмехается, совершенно отчётливо усмехается.

- Для начала, знаете ли, жить. Остальное опционально, - так ведь мы говорили со старичком-бурундучком.

- Тогда вам следует быть осторожнее. Здешние камни – не придворные паркеты.

В рожу ему плюнуть, что ли? Чего пристал-то? Да ещё и сам пришёл! Что он вообще знает о здешних камнях, этот красавчик? Один из приближённых генерала, что ли? Тоскует по далёкой родине, и срывается на всех?

- Ну вот и не приходите ко мне в следующий раз, - пожала я плечами.