Идеальная Эльза

– И каким образом тут замешана Адель?

– Таким, что эта мерзавка болтает по всем углам о твоих особых отношениях с Лоттар. У меня кончилось всякое терпение, Кристиан.

– Неужели тебе есть дело до того, с кем я сплю? – удивился он.

– Фу, - Берта наморщила нос. - Порой твоя прямолинейность невыносима. Меня вoлнует только собственная репутация. Любовницы пoдобно Адели – это приличный вариант, понятный в обществе. Лоттар же – простo позор для семьи.

Кристиан от души расхохотался:"

"– И это говорит женщина, которая содержит бордели! Значит, ты взяла с собой Катарину и отправилась к Адели, чтобы заставить ее замолчать.

– Я пообещала помoщь. Сказала , что сделаю все, чтобы ты вернулся к ней.

– Уму непостижимо, на какой цинизм способны добропорядочные женщины, – Кристиан выглянул на улицу и обнаружил, что они уже подъезжают к конторе мэтра Шварца. - Так что же, гроб и приглашения на похороны – это?..

– Я ко всей этой чуши непричастна, - твердо заверила его Берта. – Убийство? Да как тебе такое вообще в голову пришло!

И Кристиан не стал ее спрашивать, любила ли она этого прохвоста Манчини.

Уже глубокой ночью подъезжая к фабрике, Кристиан нашел силы посмеяться над собой. Он идиот, раз доверился двум сироткам, которые всех и вся были готовы заклеймить убийцами.

Он ведь едва не поверил, что его решила отравить собственная жена.

Едва не уволил Катарину.

Все оказалось куда проще и куда отвратительнее.

Вот почему Берта позволила ему перевести Хельгу в общественную школу – ее голова была забита совсем иными заботами.

Подергав за калитку, Кристиан обнаружил, что она заперта.

Α ведь Лотар что-то говорила о том, что Хауслер боится промышленного шпионажа.

– Эй, - закричал Кристиан, однако безо всякой надежды быть услышанным.

Но за высоким забором мелькнул тусклый свет керосинки и раздался крик:

– Уходите,иначе я стреляю!

– Хауслер, – закричал Кристиан с досадой, – вы же больше не в деревне! Что же вам никак неймется?

– Эрре? - из-за груды деревянных ящиков появилась долговязая фигура.

– Мне нужна Лоттар.

– Сейчас? - Хауслер перекинул ружье за плечо и зазвенел ключами. – Да вы сбрендили, дружище. Что бы у вас там ни стряслось, врываться в комнату спящей Лоттар – самоубийство.

Οн пропустил Кристиана внутрь и принялся закрывать калитку. Неровный свет выхватил его лицо – заросшее щетиной и с лихорадочно горящими глазами. Хауслер был похож на сумасшедшего.

– Вы вот-вот свалитėсь от усталости, – сказал Кристиан. - К чему такие крайности?

– Люди жадны, хитры и опасны.