Игра

 – Я в тебя верю.

Он трясется от смеха и начинает двигаться, и на секунду я задумываюсь, не засунет ли он в меня член без предохранения. Но нет, он просто поднимается на колени и тянется через меня, чтобы взять из тумбочки презерватив.

Квадратная упаковка – отрезвляющее напоминание, что мы не обсудили кое-что перед тем, как сорвать друг с друга одежду.

– Эм. – Я сглатываю. – Я знаю, что это неловко, но… мне не надо беспокоиться из-за каких-то заболеваний с твоей стороны, да ведь?.. – Вопрос повисает в воздухе.

Он отвечает с абсолютной уверенностью:

– Я на сто процентов чист. Нас в команде регулярно проверяют. Могу показать тебе последние результаты, но они месячной давности.

– Нам надо провериться вместе, – предлагаю я. – На самом деле, я… – Я замолкаю от внезапного ужаса. – О боже. Я должна была провериться сразу же после того, как узнала про Нико. Черт побери, Хантер! Он спал с другими девушками. Что если у меня что-то есть?

Он грустно хмыкает.

– Ну, сейчас уже ничего не поделаешь, потому что последние полчаса я тебе лизал. Но знаешь что, сейчас мы воспользуемся презервативом, а потом, если мы захотим повторить, то вместе поедем в клинику.

– Прикольно звучит! Парная проверка на ЗППП!

Он смеется. Я рада, что он посчитал это веселым и не прокомментировал слово «парная». Это все равно просто фигура речи. Я знаю, что это означает, а что – нет.

Когда Хантер берется за основание члена, чтобы надеть презерватив, я начинаю аплодировать.

– Смотри-ка, ты от этого не кончил!"

"– Ну да, просто разговор о болезнях обычно немного убивает настрой.

– Хочешь сказать, настроя у тебя уже нет?

Он проверяет, как сидит презерватив, и его эрекция торчит, как железный кол.

– Это похоже на то, что у меня нет настроя?

Я хихикаю.

– Я просто хочу сказать, что, может быть, продержусь немного подольше.

– Хорошо. Войди уже в меня.

И вот мы опять целуемся, и он снова на мне. Я все еще мокрая и более чем готовая. Хантер входит в меня и, как только член оказывается во мне на всю длину, отчаянно матерится, прижавшись к моему рту.

– Мать твою, в тебе так приятно.

Он подается назад и погружается обратно.

– Черт, черт, черт, черт, черт. Почему заниматься сексом так приятно? – Его пропитанные похотью ругательства нагревают между нами воздух.

– Заниматься сексом или заниматься сексом со мной? – Да, даже во время акта совокупления я не перестаю напрашиваться на комплименты.

– Заниматься сексом с тобой, – хрипло говорит он.

– То есть с кем-то другим это было бы не так приятно?

Он качает головой, щекоча темными волосами мне щеки.

– Я не уверен, что это вообще когда-то было так приятно.

Наверняка сейчас в нем говорит восьмимесячное воздержание, но мне нравится думать, что дело во мне.