Игра

Счастлив просто тусить со своими дружбанами и танцевать с Рупи под паршивую попсу, орущую из динамиков. Впервые за долгое время я не думаю о сексе. Девушки пытаются поймать мой взгляд. Какие-то подходят, чтобы пофлиртовать. Но мне все равно. Мое либидо сегодня уснуло.

– Пабло-о-о-о! – орет Холлис. Он болтал с чуваками из команды по лакроссу, но теперь присоединяется к нам у дальнего конца бассейна. – Дай мне его, детка.

– Отстань от Пабло, – сурово говорит Рупи, прижимая яйцо к груди. – Ты слишком пьян, чтобы его держать.

– Нет! Ну же, дай его мне.

– Нет.

– Хорошо, тогда я просто… САМ ЕГО ВОЗЬМУ! – Как ниндзя, Холлис выхватывает яйцо из рук своей девушки. Только вот она была права: он слишком пьян, чтобы держать что-то маленькое. Его большая ладонь не удерживает Пабло, и он вылетает из его рук прямо в воду.

В воду в бассейне.

Баки с ужасом вскрикивает. Черт, даже я на секунду впадаю в шок. Мы все смотрим на маленький комок, болтающийся в воде, которая благодаря светящейся плитке кажется голубой. Никто не двигается.

– Мы только что его убили? – не выдерживает Фостер.

– Свиньи плавают? – встревожено спрашивает Рупи.

– Понятия не имею, – признаюсь я. Пабло все еще плавает в глубине бассейна.

– Кто-нибудь, погуглите быстро, плавают ли свиньи, – требует Баки.

Рупи уже с телефоном в руках.

– Боже мой, – говорит она секунду спустя звенящим от облегчения голосом. – Они плавают! Тут написано, что некоторые свиньи чувствуют себя в воде естественно, как собаки. Другие ненавидят быть мокрыми, но их можно научить плавать. – Она осматривает наше водяное яйцо. – Но, если бы Пабло был настоящей свиньей, он вряд ли бы смог сам выбраться из бассейна. Тут нет ступенек.

– Ага, а по той лестнице он не взберется, – соглашается Фостер.

Все смотрят на меня.

– Что? – говорю я.

– Ты сегодня за ним следишь. Ты должен его вытащить.

– Прошу прощения? – Я смотрю на пустой бассейн, который еще час назад кишел людьми. Сейчас почти два часа ночи, и плавать никто не собирается. – Я не прыгну в бассейн, ублюдки.

– Мы не учили его плавать, – спорит Баки. – Прямо сейчас он барахтается в воде. Он скоро умрет.

– Это зашло уже слишком далеко, – твердо говорю я.

Только вот, к моему искреннему удивлению, все, даже Фостер, продолжают на этом настаивать. Баки скрещивает руки на груди.

– Твою ж мать, – резко говорю я. – Вы всерьез хотите заставить меня это сделать?

Стягивая с себя футболку, я осыпаю всех трехэтажным матом. Ботинки и шорты снимаю тоже, потому что я не собираюсь ехать в такси домой насквозь мокрым.

Я подхожу к краю бассейна."

"– Вы, мудаки, не заслуживаете такого капитана, как я, – бормочу я и ныряю в боксерах в воду.