Империя ненависти

Мое сердце не может этого вынести.

— Останься со мной. Я еще не дошел до самого важного.

Моя грудь сжимается.

— И что же это?

— Помнишь, о чем ты спросила меня, когда мы были детьми?

— О чем?

— Ты сделала мне предложение.

Мои щеки становятся горячими.

— Я была… ребенком.

— Это все еще считается, и сейчас моя очередь сделать предложение.

Он с трудом поднимается на ноги, затем неловко встает на колено.

— Ты единственная девушка, с которой я могу представить, что проведу остаток своей жизни. Девушка, рядом с которой я хочу просыпаться каждый день. Ты не только делаешь меня лучшим мужчиной, но и даешь мне желание быть большим ради тебя. Николь Стефани Адлер, выйдешь ли ты за меня замуж?

Я захлебываюсь слезами. Не только потому, что его предложение кажется нереальным, но и потому, что он действительно знает мое второе имя.

Он знает обо мне многое, чего, как я думала, он не знает.

Я беру его за руку, пытаясь подтянуть его к себе, но он отказывается.

— Ты разорвёшь свои швы.

— Тогда тебе лучше сказать «да».

Я улыбаюсь сквозь слезы и открываю рот, но он прерывает меня.

— Прежде чем ты мне откажешь, я хочу сказать тебе, что мой член теперь моногамен для тебя и отказывается быть функциональным для кого-либо, кроме тебя, поэтому если ты скажешь «нет», ему придется убить себя.

— Как это возможно?

— Понятия не имею, но он найдет способ. Он находчив.

— В этом нет необходимости. — я глажу его по щеке, опускаясь на колени. — Ответ да.

— Да, в смысле ты выйдешь за меня замуж, или да, чтобы посмотреть, как мой член придумает способ войти в историю как первый Младший, покончивший с собой?

Мой смех громкий и беззаботный.

— Я выйду за тебя замуж, Дэниел. Как я и мечтала двадцать один год назад. Я любила тебя тогда, я люблю тебя сейчас.

— Я тоже любил тебя тогда. — он хватает меня за волосы, притягивая к себе. — Сейчас я без ума от тебя, Персик.

— Почему ты называешь меня так, если не ешь этот фрукт?

— Ты все еще любишь его, и в глубине души я рад, что этот фрукт, какой бы опасным он ни был, сблизил нас.

Эпилог

Николь

Два года спустя

Крики вырывают меня из глубокой дремы."

"Спотыкаясь, я встаю с кровати и, протирая глаза, направляюсь в детскую. Мои ноги замирают, когда я вижу, что Дэниел уже держит на руках своего суетливого сына и качает его взад и вперед.

Мое сердце прыгает от смеси обожания и полного блаженства. Подавив зевок, я прислоняюсь к дверной раме и протираю глаза от сна.

Я устала, совершенно измотана работой за весь день. Те, кто говорит, что быть шеф-поваром легко, не пробовали иметь свой собственный ресторан и работать в других частях света.

Это работа на полную ставку, такая же, как быть матерью и женой. Хотя я должна использовать шанс, что с Конрадом будет его отец, я не могу заставить себя двигаться.