Империя ненависти

— Чем могу помочь, мисс?

Я принимаю свой очень вежливый, очень хороший девичий тон.

— У вас есть персики?

Если просьба озадачила его, выражение его лица не меняется, когда он повторяет:

— Персики?

— Да, фрукты.

— Минутку, мисс.

Он исчезает в другой двери, а я стою, как Алиса в Стране Чудес, пытаясь не обращать внимания на все безумие, происходящее на вечеринке вокруг.

Этот парень только что обнимал столб?"

"— Если ты в настроении сосать, все, что тебе нужно сделать, это попросить, сладкоежка.

Я вздрагиваю, но это плохой вид. Жуткий вид.

Крису нужно серьезно прекратить выскальзывать из-за моей спины из ниоткуда. Он ухмыляется, и я подсознательно отступаю назад.

Его глаза налились красной кровью, будто его кровеносные сосуды убили друг друга в эпической битве.

— Слышал, ты хотела сделать минет капитану?

— Нет, не хотела.

Я бы не закончила минет, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Я хотела только слухов и заполучить Дэниела или Астрид, чтобы они могли занять место в первом ряду.

— Не нужно этого стесняться. — Крис тянется ко мне. — Я могу удовлетворить тебя.

— Фу, мерзость. — я отпихиваю его руку. — Не трогай меня.

Его лицо застывает, и прежде, чем он успевает подойти ко мне, дворецкий возвращается с целой тарелкой персиков и протягивает ее мне.

— Это… много, — говорю я.

— На случай, если они вам понадобятся, — говорит он серьезно.

Я улыбаюсь, затем забираю свои персики и пробираюсь к маленькой беседке в задней части сада, с видом на фонтан. Там есть дьявол и ангел.

Ха. Родители Ронана так же поэтичны, как и мои две стороны. Все знают, что дьявол побеждает. Мы созданы для того, чтобы быть плохими. Добро приходит с такой головной болью, болью в желудке и, самое главное, с болью в сердце.

Открыв маленькую сумку, я достаю леденец и сосу его. Конечно же, со вкусом персика. Он синтетический, так что я в безопасности.

Вот как я выжила в своей тяге к персикам все это время. Но мне приходится делать это втайне с тех пор, как мама назвала это малолетним.

Я ставлю тарелку рядом с собой и беру персик, затем держу его под луной. Это безумие, как маленький плод может отправить меня к ранней смерти.

Тем не менее, мой рот наполняется желанием откусить.

Попробовать.

Но я обманываю себя: одного вкуса никогда не бывает достаточно.

Даже нескольких часов этого вкуса. Даже множественных оргазмов из-за него.

— Убита Персиком будет выглядеть так чертовски уныло на твоем надгробии.

Я вздрагиваю, когда на меня падает тень.

Дэниел.

Дыши, Николь. Ты должна дышать.

Я медленно поднимаю на него глаза. Он держит обе руки в карманах джинсов, и это заставляет его плечи расправить бомбер Элиты.

Дэниел всегда выглядел красивым, но сейчас он такой же устрашающий.

Как вулкан, который вот-вот начнет извергаться.