Императрица Мария. Восставшая из могилы

Значит, Нокс все-таки в Омске! Значит, он приехал намного раньше Жанена? Ну-ну! Если чуйка мне не изменяет, то кому-то сейчас будут делать козью морду!»

– Good morning, gentlemen! – Великая княжна, пустив в ход свой безупречный английский, обвела англичан взглядом, остановив его на генерале. – Скажите, генерал, вы давно в Омске? Если да, то почему мы с вами встречаемся только сейчас, да к тому же совершенно случайно? Вы выжидали чего-то, да? Чего? Скажите правду, вы офицер и дворянин, вам не к лицу дипломатические выверты. К тому же мой покойный отец всегда отзывался о вас как о в высшей степени порядочном человеке! Хотя бы в его память будьте искренни со мной!

Нокс побледнел и, не обращая внимания на знаки, которые делал ему Элиот, ответил по-русски:"

"– Ваше императорское высочество, здесь не самое подходящее место для такого разговора, но тем не менее примите мои самые искренние соболезнования в связи с постигшим вас огромным горем.

Элиот поклонился, великая княжна довольно холодно кивнула в ответ.

– Мне кажется, сэр Чарльз, вы не слишком довольны откровенностью генерала?

– Да, ваше императорское высочество, это так! Генерал Нокс как-то слишком по-солдатски прямолинеен, хотя дипломатического опыта ему не занимать!

– Я не могу юлить и лукавить перед дочерью императора Николая! – резко ответил ему Нокс. –  Я помню вас еще молоденькой девушкой, ваше императорское высочество, – обратился он к великой княжне, вновь перейдя на русский.

– Да, вы были представлены нам – мама, мне и девочкам – в пятнадцатом году в Могилеве, когда мы приезжали в Ставку к папа и Алеше. Я сразу вас узнала. – Великая княжна вздохнула, горькая старушечья складка пролегла возле ее губ. – Как давно это было, и еще все были живы.

– Ваше императорское высочество, – торопливо заговорил Нокс, – видит Бог, мы ни в чем перед вами не виноваты. Лондон тянет с инструкциями, они никак не могут определиться с позицией в связи с вашим появлением в Омске.

– Немудрено, – усмехнулась великая княжна, – после того как Георг Пятый отказал нашей семье в убежище! Но вы-то сами, господа, как к этому относитесь? Не как политики, а как джентльмены?

Оба англичанина – генерал и дипломат – угрюмо молчали. Элиот, также неплохо владевший русским языком, прекрасно понял вопрос великой княжны. Полковник Уорд с интересом и даже несколько насмешливо поглядывал на них.