Имперский союз

– Нет, конечно, – засмеялась девушка. – Папа у меня замечательный. Он, правда, не совсем жандарм. Точнее, совсем не жандарм. У него другая работа.

– Я догадываюсь, какая у него работа, – улыбнулся в ответ ротмистр. – Пришлось, знаете ли, с ним поучаствовать в одном весьма рискованном деле. Это уже в нашем времени. При этом он вел себя так храбро, что государь обещал наградить его, когда тот снова вернется в наш Санкт-Петербург.

– Вот как! – удивилась Надежда. – А он мне ничего об этом не рассказывал. Наверное, просто не успел это сделать. Ах, Дмитрий, мне так хочется побывать у вас в прошлом и посмотреть, как вы там живете.

– Я думаю, что вы там еще побываете, – с улыбкой сказал Соколов. – Полагаю, что ваш батюшка не зря познакомил вас с нами. Ага, а вот и наши друзья, – сказал он, увидев выходящих из подъезда Николая, Ольгу и Адини.

Ротмистр вылез из микроавтобуса и почтительно поздоровался с дамами. Потом он представил им Надежду. Ольга про себя сразу отметила ослепительную красоту дочери Щукина. Адини же нахмурилась и невольно покосилась на своего любимого Николя – не потеряет ли голову при виде такой прелестницы.

Но Сергеев-младший не отводил взгляда от Адини, не обращая внимания на ослепительную Надежду. И великая княжна успокоилась.

Наконец, все расселись по местам. Адини, Николя и Ольга расположились на мягких креслах в салоне «ситроена», а ротмистру предложили сесть на переднее сиденье рядом с Надеждой. И путешествие началось…

От Петербурга до Выборга было что-то около ста сорока километров, и их можно проехать, если, конечно, по дороге не случится никаких происшествий, за пару часов. Трасса была ровной, как стол, и ехать по ней было одно удовольствие.

Скоро они миновали Белоостров.

– Вот здесь, Дмитрий, – сказал Николай, – когда-то заканчивалась Россия и начиналось Великое княжество Финляндское. Тут даже государя титуловали не его величеством, а его высочеством, потому что для обитателей этого странного территориального образования, созданного по прихоти императора Александра Первого, русский царь в нем считался всего-навсего великим князем Финляндским.

– Не может такого быть! – изумленно воскликнула Адини. – Неужели мой папá это все терпит?

– Приходится, – ответил Николай. – Хотя, как мне кажется, в самое ближайшее время этот исторический нонсенс будет исправлен. И станет Великое княжество Финляндское обычной российской губернией.

– Хорошо, если так, – сказала Надежда, не отводя глаз от несущейся ей навстречу дороги. – А ведь моему прадеду пришлось здесь повоевать. Про линию Маннергейма помните? Мы скоро будем проезжать эти места.

– Надеюсь, ваш прадед, Надежда, остался жив? – поинтересовался ротмистр.