Интуиты. Ася (СИ)

Не рад видеть?

— Ёперный театр, Ася, извини нас, дураков, я что-то не подумал, что ты можешь отдыхать или переодеваться. Ввалились в номер, без стука, — выразил словами причину их замешательства Лешка, и, пожав плечами, всё же прошёл дальше.

— Всё нормально, — Ася выдавила из себя улыбку, стараясь открыто не пялиться на Ионова. Увидела, что с ним всё нормально, лицо без побоев, видимых переломов нет, можно и успокоится. Только отчего захотелось кинуться и прижаться к его груди? Почувствовать, как крепкие руки с затвердевшими мозолями сжимают ее плечи, словно загораживая от всего остального мира, создавая иллюзию кокона, где только он и она?

— Правда, что-то мы… — Матвей начал говорить, но резко замолчал.

Вид Аси с повязкой на плече ударил по самому больному. Да, они живут в феминизированном обществе, где женщина в армии и в силовых структурах явление обычное. Обычны и ранения, кровь на их телах. Но на Асе повязка смотрелась ужасно. Дико. Чужеродно. Она не сочеталась с её нежной хрупкой красотой.

""Ионов, тебя часом головой ни обо что не прикладывали?"" — пришлось прочистить горло и, чтобы как-то скрыть неловкость, заложить большие пальцы под ремень брюк.

— Ой, да вы чего? — Ася непонимающе на них посмотрела. — Застыли смоляными столбами. Может, всё-таки пройдете? Я, между прочим, вас ждала.

Мужчины, немного помявшись, прошли. Алексей прямиком отправился к единственному креслу и рухнул в него, словно подкошенный.

— Ух.

Матвею ничего не оставалось, как пройти к небольшому столу с двумя стульями. На ходу избавился от куртки, в номере было тепло. Или у него температура тела подскочила и кровь зациркулировала в ускоренном режиме, когда он увидел раненую Асю? В голове что-то взорвалось, в висках запульсировало.

— Привет, Матвей, — запоздало поздоровалась Ася, испытывая неловкость и стыд за события вчерашнего дня.

— Привет.

— Спасибо тебе, я…

— Ася, Матвей, хорош, а? — у Алексея где-то по пути закончилось терпение. Провалившись в получасовой сон в такси, он проснулся злющий, как недельно не кормленый пёс. Псом он себя и ощущал, загнанным.

Оба, не сговариваясь, посмотрели на него.

— Эй, Леха, ты чего? — Матвей совершенно не понял его грубость.

— А ничего, — фыркнул тот, вытягивая ноги. — Я знаю, вы не особо любите друг друга и общаетесь через ""не хочу"". Из-за того, что я вас вынудил. За время, проведенное вместе, не сдружились. Очень жаль, ребята. Потому что я, как непосредственный ваш начальник…

— Соломов, может, ты сбавишь обороты? — огрызнулся Матвей, заметив, как вздрогнула Ася от резкого тона брата.

— Даже не подумаю. Сюсюкаться с вами не буду. Обоими, между прочим. Да, я, кажется, забыл кое-что сказать, когда освобождал тебя, Матвей, из полиции. И когда тебя, Ася, забирал из больницы.