Избранница Хозяина холмов

Он сморгнул мутную пелену выступивших, будто от сильного ветра, слёз и сразу заметил впереди лежащую на земле девушку.

— Тави! — бросился к ней, слыша, как неистово заколотилось в груди сердце. — Тави…

Глупая, самонадеянная девчонка! Забралась туда, где даже проклятый Ингюс не сумел её разглядеть. Нижний мир навалился ненасытной пастью, глотая жизненные силы из любого живого существа, что ненароком сюда забрело. Даже в облике Всадника Атайр чувствовал холод этой вечно голодной бездны. А уж Тавиана и вовсе не успела уйти далеко. Так и рухнула тут, ева ступив в эту нору.

Атайр поднял её на руки — и девушка неожиданно приподняла веки.

— Уходи, — проговорила, едва ворочая языком. — Не трогай меня! Ты слышишь?

Она протянула руку и погрузила её, как наверняка ей виделось, в тьму, что скрывала лицо Всадника под капюшоном. Ужасающе холодная ладошка коснулась щеки.

— Там не пусто, — с лёгким удивлением выдала девушка и уронила голову ему на плечо.

— Пора выбираться. — Атайр понёс её обратно.

С лёгким сожалением он оглянулся, прежде чем ступить в Сид.

Едва они вышли с другой стороны завесы, как обеспокоенный ворон закружил, едва не касаясь крыльями плеч и головы.

— Пойди прочь! — зло отогнал его Атайр.

— Как она?

— Тебе какое дело! Пошёл вон! Проводник…

Ворон обиженно смолк, но хватило его ненадолго.

— Я только хотел помочь. Показать ей те дороги, которые приведут к нужным вещам.

— Я ошибался, — буркнул Атайр, жалея, что не может лучше отогнать раздражающую сущность Ингюса: руки заняты.

Зато Тавиана задышала чаще, заворочалась, вздохнула. Словно бы в полусне она потянулась и обвила шею Атайра руками. И всё бы ничего, но обратная дорога в человеческий мир размылась и затерялась. Без чужой помощи не обойтись.

Хорошо бы тут был Харелт, но его сущности нигде не было видно. А за границей покинутого елового леса всё вдруг оказалось совсем незнакомым.

Ворон летел рядом, но насупленно молчал, только тихий шелест крыльев выдавал, что он ещё тут.

— Я могу помочь, — проговорил лекарь наконец.

Атайр даже не повернулся в его сторону. Может, справится и сам. Найти бы только незримую тропку, что выведет в человеческий мир. Как было бы просто, служи для этого какое-нибудь заклинание или символ. Произнёс, начертил в воздухе — и перенёсся обратно. Но нет, дорога в Сид и назад — это отдельное испытание, особенно для того, кто вовсе не должен быть здесь.

— Ваше высочество… — наконец послышалось где-то над головой.