Измена. Я лучше чем она (СИ)

— Пошел ты, — выдирается Славич и сплевывает на пол тянучую струю крови из разбитого рта. — Уходи, Давид. Ты опоздал.

Восприятие происходящего ограничивается. Я слепну и глохну. В голове и теле ищет выход страшное. Кровь кипит, бурлит крупными пузырями и испаряется. Красную живую жидкость вымещает злоба и гнев.

Я никуда не могу опоздать. Я никогда не останусь в позорном проигрыше. Никогда.

— Славич, — не узнаю свой голос. Моя вторая сущность к земле припадает, пригибает холку и обнажает клыки. — Я предупреждал тебя, — и моя глотка в ту же минуту производит звериный рев. — Ди-и-на-а-а!

— Не ори! — внахлест с моим ором ее смешивается."

"Оборачиваюсь. Пытаюсь сквозь прыгающую сетку в глазах рассмотреть жену. Она стоит в двух метрах и держит в руках тяжелую медную ключницу. Осматриваю свою суку внимательно. Вся мятая, как девка привокзальная. Значит, они успели. Успели, блядь!

Остановить себя не могу. Бросаюсь к ней и выдираю херню. Размахиваюсь швыряю в зеркальную стену. Грохот осколков глушит нас. Выдергиваю Динку из серебряного дождя, взваливаю и тащу в машину.

Хлопнув дверью, жму педаль в пол. Если она хоть слово скажет, выброшу на ходу из салона. Просто выкину, как шлюху последнюю. У Дины хватает ума молчать, лишь глазищами своими сверкает на заднем сиденье. Вцепилась в поручни и ни звука. Другая бы орала, как резаная, но это, блядь, Дина!

Чуть не выбив дверь, вталкиваю ее в дом. Она, кажется, впервые за все время сегодняшнего вечера пугается. Мне плевать. Мне на все просто насрать.

Своих жен трахают, Давид.

— Сюда, сука, быстро подошла.

— Пошел ты, Барский, на хер!

Впервые за время нашего брака почти матом посылает.

— Сейчас ты на него сходишь, — ловлю убегающую жену за одну ногу.

Дина падает на пол. Отчаянно сопротивляется и лупит меня по лицу, груди. Ногтями царапает, оставляя борозды, но не орет. Молча сопротивляется. И это пиздец как заводит.

Дикарка. Лютая ведьма.

Придавливаю ее всем телом, задираю подол, срываю с жены трусы. Она пяткой заезжает мне с размаху в плечо. Извивается, как змея, но умудряюсь схватить ее за щиколотки и широко раздвигаю ноги. Ложусь так, чтобы возможности скинуть с себя не было.

Глава 19

— Нет, — брыкаюсь под тяжелым телом Давида. Бьюсь под ним, будто меня током шпарит. — Отстань. Не хочу. Я не буду с тобой.

Он срывает с меня белье. Единственную преграду, что защищала. И теперь я перед ним уязвлена до крайности. Платье задралось на пояс, ноги раскинуты, как у…

Я не так хотела! Да и хотела ли теперь вообще?

Барский заламывает мои руки за голову, склоняется и в буквальном смысле рычит прямо в лицо.

— Я тебя спрашивать не собираюсь.

Быстро приспускает брюки и впечатывается членом прямо в промежность. Горячий прибор жалит, пропаливает насквозь.