Герцог и я

Дафна и представить не могла, что этот человек со столь резкими манерами и повелительными интонациями умеет так улыбаться.

Раньше она думала, что длительное общение с четырьмя братьями, которые никогда не жалели для нее улыбок, сделало ее малочувствительной к этому способу выражать свое расположение, но оказалось, это не так: ее сердце дрогнуло, она даже почувствовала слабость в коленях.

Чтобы отвлечься от этих волнующих мыслей, девушка снова опустилась на колени рядом с Найджелом, называя его по имени и умоляя проснуться. К ее удивлению, он почти сразу откликнулся и простонал:

– Дафна! Милая Дафна!

Незнакомец моментально отреагировал на имя и произнес:

– Дафна? Раньше этот человек называл вас как-то по-другому. Вас зовут Дафна?

– Да, это мое имя, – раздраженно ответила она, поднимаясь с колен. Ее снова раздосадовал его властный тон. – Что-то не так?

– Боже, вы Дафна Бриджертон?

– Не буду отрицать, сэр."

"Саймон отступил на два шага, не сводя глаз с ее лица. Конечно же: густые каштановые волосы, нос, скулы – совсем как у Энтони. Она его сестра!

Вот черт! А он почти поддался сластолюбивым помыслам и хотел овладеть ею! Не здесь, конечно, не в коридоре, но при более удобном случае…

Однако теперь… теперь он не смеет даже в мыслях нарушить незыблемое правило дружбы: не возжелай греховно сестру друга твоего.

По-видимому, она уловила в его взгляде некую растерянность, потому что спросила с легкой насмешкой:

– А могу ли я узнать, кто вы?

– Мое имя Саймон Клайвдон, – пробормотал он.

– Герцог Гастингс?

Он молча кивнул.

– О боже, кто бы мог подумать!

Теперь был его черед наблюдать растерянность на ее лице, она даже побледнела – или ему показалось?

Тоже не без иронии он спросил:

– Надеюсь, вы не собираетесь лишиться сознания, мисс Бриджертон?

Его предположение задело ее, и девушка резко ответила:

– Уверяю вас, нет!

– Замечательно.

– Просто сегодня, – посчитала она нужным добавить, – мой брат говорил о вас…

– Полагаю, ничего плохого? – перебил он ее с усмешкой.

– Говорил, что вы опасный человек. И это я слышала не только от него.

– Я? Д-д…

Он почувствовал, что язык не повинуется ему, и замолчал, набрав в грудь побольше воздуха. Со стороны могло показаться, человек просто возмущен чем-то и пытается совладать с гневом.

– Д-дорогая мисс Бриджертон, – продолжил Саймон, – я не могу поверить этой характеристике.

– Придется, милорд. Об этом даже сообщили сегодня в газетах.

– Неужели в «Таймс»? – воскликнул он с комическим ужасом.

– Нет, в газете Уистлдаун.

– «Уисл…» что? – переспросил он. – Это новое популярное издание?

– Ах да, вы ведь только-только вернулись в Лондон и еще многого не знаете.