Камень. Книга 3

После взаимных приветствий, я стал, как и предполагалось, центром внимания. Особенно отличилась Шереметьева, которая бесцеремонно осмотрела меня со всех сторон и заявила:

— Вроде, всё в порядке. Похудел вот только. Вам так не кажется? — она повернулась к Юсуповой и Долгорукой.

Те вертеть меня не решились, а сами обошли вокруг.

— Есть чуть-чуть. — согласилась Инга, а Наталья кивнула. — И щёки впали.

— А что вы хотели, девушки? — влез Великий князь Александр, всем своим видом демонстрируя знание вопроса. — Это же ларингит! В горле воспаление, да ещё и высокая температура!

Девушки согласно закивали, признавая правоту Александра.

— Хватит уже Алексеем любоваться. — хмыкнул Николай. — Видите же, что ему неудобно. Лучше про свои дела расскажите. И вообще, Алексею с Ингой скоро мировую пить. Вот и будет у него своя минута славы.

С благодарностью кивнув брату, я начал слушать последние университетские новости, среди которых не было ничего интересного и важного.

— Алексей, ты в понедельник на занятия придёшь? — поинтересовался Андрей Долгорукий. — А то меня девушки уже в конец достали своими капризами!

Его вопрос сопровождался дружным фырканьем не только его сестры и Инги Юсуповой, но и Ани Шереметьевой.

— Обязательно приду, Андрей. — успокоил я его.

— Слава богу! — выдохнул он."

"Появление в нашей компании Голицыных в обществе Гримальди для нас с Ингой Юсуповой послужило сигналом выдвижения к бару. За нами шли Великие князья и Виктор Голицын. Бармен, видимо предупреждённый хозяевами ресторана заранее, молча поставил перед нами пять рюмок с водкой, которые мы и выпили. Первым с Ингой обнимался я, потом Николай, Александр и Виктор. Малый Свет, наблюдавший за происходящим, одобрил примирение гулом и лёгкими аплодисментами, а мы вернулись на прежние места. Там на меня «напала» Ксения Голицына, потребовавшая открыть рот для осмотра.

— Ты себе что позволяешь, медичка? — вовремя остановила ту Шереметьева, а Юсупова с Долгорукой нахмурились. — Совсем берегов не видишь? Ты в приличном обществе находишься, а не у себя в морге!

Голицына несколько опешила, пришлось мне девушку выручать:

— Аня, Ксения хотела как лучше, проявила заботу. Тем более, она в болезнях разбирается. Но хочу сразу заявить, — я повернулся к Голицыной, — со мной всё в порядке, родовой доктор меня даже сюда отпустил.

— Если так, то ладно… — девушка с благодарностью смотрела на меня. — А вы черствые! — кинула она в сторону Шереметьевой, Юсуповой и Долгорукой, а потом гордо отвернулась.

Через некоторое время ко мне, под подозрительными взглядами остальных девушек, подошла Гримальди.

— Алексей, я не могу дозвониться до Александра Петрова. Ты не знаешь, может быть с ним что-то случилось? — в глазах принцессы я заметил тревогу.