Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

 – Ветка поцеловала ее, поправила одеяльце на уснувшем Егоре и уехала.

Коваль умылась, собрала волосы в хвост и села у кроватки, задумчиво глядя на спящего ребенка. Вот и приобрела себе головную боль на всю оставшуюся жизнь. Но поступить по-другому просто не было возможности – это сын ее мужа, и позволить ему отправиться в детдом Марина не могла. Значит, он будет жить с ней, будет считать ее матерью. Размышления прервала Лариса Алексеевна, вошедшая в палату вместе с заведующим нейрохирургией Алексеем Ивановичем.

– Ба, какие люди! Марина Викторовна? – протянул он, разглядывая бывшую пациентку. – А я слышу – Коваль, Коваль, даже не понял, что это о вас! Сын? – кивнул он на кроватку."

"– Да, Алексей Иванович, сын. Попал в аварию с няней, – соврала Марина легко и естественно, словно всю жизнь этим и занималась.

С эскортом в виде Севы они добрались до нейрохирургии, там Егора долго укладывали в кабину томографа, потом так же долго изучали полученные снимки, но, к счастью, ничего не нашли, и Марина с облегчением перевела дыхание.

– Забирайте своего крикуна, Марина Викторовна, вот уж точно, мамин сын, – пошутил заведующий, и она тоже улыбнулась – пусть. – Как же вы решились рожать? Возраст, ранение в позвоночник, да и в голову тоже ведь было, кажется?

Она пожала плечами и не ответила, устав придумывать что-то и нагромождать одну ложь на другую.

Обратно возвращались вдвоем с Севой, и он, стараясь не смотреть на хозяйку, проговорил:

– Трудно будет, Марина Викторовна… всю жизнь менять придется, все предусмотреть – теперь вы вдвое уязвимы, чем раньше.

– Знаю, Севочка. Слава богу, войны нет, Макар мертв, с Вороном у нас любовь и взаимопонимание, так что время есть. Придется няню найти, только где взять?

– Так ведь надо такую, чтоб у нас жила и язык за зубами держать умела.

– Правильно мыслишь. Дальше.

– А дальше… у Генки сестра есть старшая, в прошлом году муж погиб в Чечне, ребенок умер, когда ему три года было. У нее педагогическое образование, женщина надежная, спокойная. Я поговорю с Генкой, хотите? Не понравится, другую поищем.

– Давай попробуем, – согласилась Марина.

В палате ждал Хохол с букетом желтых хризантем и пакетом Марининых вещей.

– Вы где бродите? – накинулся он на Коваль. – Я чуть с ума не сошел! Звоню, а телефон вне зоны!

– Да не ори ты так! Ребенка напугаешь! На обследование ходили, в подвале телефон не принимает, – прошипела она, осторожно укладывая задремавшего Егорку на свою кровать.

– Спит? – перейдя на шепот, спросил Хохол. – Все нормально?

– Нормально.

– Иди-ка сюда. – Он притянул Марину к себе, выталкивая из комнаты в душевую.