Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

 – А как я должен чувствовать себя, скажи? Когда даже в ресторан не могу тебя сводить, чтобы самому расплатиться!

– Опять началось? Ты заколебал меня своими первобытными понятиями, вот ей-богу! Не води меня в ресторан – я переживу! Но таких инцидентов я тоже не хочу больше, понял? – Марина взяла его за подбородок, но он вырвался. – Гордый, да, Женечка?

– Был бы гордый, врезал бы тебе давно и не разговаривал, а так терплю, хвостом виляю.

– Так и врежь, в чем проблема? – насмешливо поинтересовалась Коваль, выбрасывая сигарету и пряча замерзшие руки в рукава куртки. – Или духу не хватает?

– Не подначивай – не по понятиям бабу лупить.

– Ой ли? А Ветке подкидывал, я помню.

– То Ветка, а то – ты, – отрезал он, снимая куртку и накидывая ее Марине на плечи. – Замерзла?

– Замерзла. Там у Севы моя сумка, в ней фляжка была, принеси, погреемся.

Хохол принес фляжку с коньяком, но сам пить не стал, протянул ей:

– Не увлекайся только, опять засекут.

Это он о том, как однажды Марину показали в «Криминале», буквально через месяц после похорон Егора, она выходила из офиса «Империи» с этой самой фляжкой в руках, на ходу заправляясь коньячком, чтобы вернуть душевное равновесие. Откуда вынырнул этот парень с камерой, черт его знает, но Коваль, увидев объектив, нацеленный в ее сторону, выдала такую матерную очередь, что покраснела даже ее привычная ко всему охрана. Сюжетец получился, хоть сейчас на «Оскар» – поддатая Наковальня, с идеальной прической, макияжем и в безупречном деловом костюме, кроет матом как последняя вокзальная бомжиха. Да еще и фляжка в руке…

– Не боись, Хохол, прорвемся, – пробормотала Марина, отхлебывая коньяк. – О, блин, менты нарисовались! Тут же полквартала взлететь могло!

Среди приехавших было полно начальства, а полковник Грищук, новый начальник ГУВД, галантно поцеловал Марине руку, отводя подальше от оцепления:

– Замерзли, Марина Викторовна? Может, в машину ко мне?

– Спасибо, не стоит, – отказалась она.

– Ну, как знаете. Что на этот раз?

– Понятия не имею. Охранник пошел за перчатками, а машина стоит с отключенной сигнализацией, он под колеса заглянул, а там подарок.

– От кого, не думали?

– Вот как-то и не знаю! – развела Марина руками, едва не уронив в лужу Хохлову куртку.

– А ваша-то машина где? – полюбопытствовал Грищук, оглядывая площадь.

– Дома.

– Что так?

– Решила изменить привычке.

– Странно, не находите?

– Нет. У меня не только «Хаммер», еще и «Лексус» есть, и «Ауди», так что могу для разнообразия.

– А я вот другое слышал – что вы удивительно постоянны в выборе автомобиля, много лет ничего, кроме своего черного «Хаммера», не признаете, – протянул мент.