Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

 – Ты же сыночек мой, самый лучший, самый умный, не плачь, детка моя…

Женька сел за Марининой спиной, обнял ее и мальчика:

– Прекратите вы, ради бога, мне душу рвут ваши слезы, сам скоро буду реветь, как малолетка! Давайте я вас в лес свожу – на улице благодать, тепло, сухо! Поедем, котенок?

– Поедем. Ветка где? – спросила Коваль, вставая и направляясь в детскую.

– С утра Колька приезжал, забрал.

«Вот же ведьма, а мне на уши присела – все, расстались, не живем! Ладно, мне не до них сейчас, пусть пока кувыркаются, дальше видно будет».

Пока Марина возилась с Егоркой, умывая его и переодевая, прибежала Даша и тоже включилась в процесс:

– Идите, Марина Викторовна, собой займитесь, а мы тут сами, да, Егорушка? Пусть мама душ примет, кофе попьет спокойно, покурит, да?

Коваль засмеялась, разгадав маневр домработницы – явно принесла Егору какое-то несанкционированное лакомство и опасается праведного гнева, потому и выпроваживает хозяйку из детской так настойчиво.

– Хорошо, я быстро.

Через час они гуляли по лесу недалеко от поселка, Женька нес на плечах Егорку, Марина шла рядом, держа его под руку, а за ними на почтительном расстоянии держались Гена и Сева, куда без них-то…

– Ты чего в пальто нарядилась? – полюбопытствовал Хохол, оглядев длинное черное пальто из тонкой шерсти, поверх которого был наброшен белый палантин.

– Захотелось. Сам ведь орешь постоянно, что я в брюках и кожанке хожу, а стоило пальто надеть – опять недоволен.

– Почему? Как раз наоборот – классно выглядишь. Егор, упадешь! – это относилось к расшалившемуся Егорке, пытавшемуся перегнуться через Женькину голову вперед. – Может, ножками? – и в ответ услышал категорическое и жесткое:

– Нет! – До вчерашнего дня это вообще было единственным словом, которое мальчик говорил с удовольствием и по любому поводу.

Женька засмеялся, потрепав его за ножку в маленькой кроссовке:

– Мамкин сын!

– Ну да! Это когда ж ты от меня слышал «нет», интересно?

– Сегодня утром, – отпарировал он, и Марина прикусила язык. – Расслабься, я не обиделся – мы люди привычные.

– Жаль, камеру не взяли, – перевела она разговор на более безопасную тему. – Надо бы отцу фотографию послать, пусть на внука посмотрит.

– Почему не взяли? Вон у Генки под пальто висит. – Женька махнул рукой, подзывая охранников, и те приблизились. – Ген, пригодилась твоя игрушка, доставай.

Женька передал Марине Егорку и отошел, но она посмотрела на него возмущенно:

– Куда?

– Зачем я тебе?

– Вернись! – тихо приказала Коваль. – Что за разборки при охране?

Хохол встал рядом, забрал снова Егора, Марина прижалась к Женькиному плечу, и в такой позе Генка их сфотографировал.