Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

Он поцеловал пальцы, глядя ей в глаза:

– Я люблю тебя…

Марина медленно оглядела зал, и вдруг ее словно током ударило – за столиком возле самого выхода сидел Ромашин с двумя какими-то мужчинами…

– Черт побери, – пробормотала она вполголоса. – Только этого не хватало…

– Ты о чем? – напрягся Хохол.

– Здесь Ромашин. Встряли мы с тобой, Женька… Не оборачивайся, может, обойдется.

Официантка принесла заказ, и они принялись за еду. Марина даже расслабилась, получая истинное удовольствие от любимых блюд и любимого места, где все было обустроено с любовью и душой, куда она вложила частичку своего сердца.

– Женька, как же давно я не была здесь, – прошептала Коваль, чувствуя, как на глаза навернулись слезы. – У меня нет ничего дороже этого места, я все могу отдать, только не этот ресторан… Это уже часть меня, я не представляю, как без него жить.

– Котенок, перестань, – попросил он, вытирая ее глаза салфеткой. – Не плачь, все хорошо. – И в этот момент Ромашин засек-таки Хохла, побледнел и поднялся из-за столика.

– Женя, соберись – Ромашин идет, – успела проговорить Марина, моментально входя в свой образ и пошловато хохотнув. – И что же дальше было, дорогой? – громко спросила она, делая вид, что они о чем-то беседовали до этого.

– А ничего, – включился Женька, глядя на нее сальными глазами. – Вот приедем домой, и я тебе в натуре, так сказать, продемонстрирую.

Коваль опять захохотала, откинув назад голову и перебрасывая ногу за ногу так, что на какой-то момент стали видны ярко-красные стринги под короткой джинсовой юбочкой. Ромашин подошел вплотную к столу и уставился на Хохла.

– Что? – спокойно спросил Женька, не выпуская Маринину руку. – Потеряли что-то, господин подполковник?"

"– Смотрю на тебя, Влащенко, и удивляюсь – быстро же ты забыл все, что она для тебя сделала, – тихо и зло бросил Ромашин. – Воистину, уголовники – самые неблагодарные твари, вы ни добра, ни худа не помните.

– Ошибаешься, – процедил, прищурившись, Женька. – Худо я помню, как никто, и то, как мне за тебя шесть лет намотали, век не забуду. Да и то, как ты пытался Коваль у меня отнять. Но она моя, понимаешь? Моя, я за нее жизнь могу отдать.

– Я и вижу, – кивнул в Маринину сторону Ромашин.

– Это тебя не касается, – ощерился Хохол. – Вали-ка, покуда цел!

– Угрожаешь? Я тебя не боюсь.

– Дело твое, я предупредил.

– Завтра советую в прокуратуру подъехать, к следователю Головину, он занимается исчезновением твоей хозяйки. Повестку получишь сегодня же, – выдал на прощание подполковник, возвращаясь к своим приятелям, а Коваль выдохнула с облегчением:

– Фу-у! Не узнал он меня, пронесло…

– Да – тебя, а мне завтра в ментовку переть, – угрюмо отозвался Хохол.

– Чай, не впервой, Женечка!

– Не впервой, – кивнул он.